«Почему я не могу быть нормальной женщиной? Почему? Почему? Почему?»

Непанта ответила на стук угрюмым «Войдите». Но она просияла, когда появилась Элана.

– Астрид. Что ты обо мне думаешь? Почему я такая путаная?

Элана промолчала, пока не закрыла дверь, удивляясь, что могло произойти.

– Кампания уже состоялась? – Я поцеловала его… Но он ничего не сделал… А я испугалась и все разрушила.

– Итак?

– Ну, я хотела…

– Непанта, пусть все идет как идет. Ты слишком много беспокоишься. Не форсируй события. Это не поможет. Позволь всему идти своим чередом. А потом ты вдруг взглянешь и обнаружишь, что все обернулось радостями. – Она надеялась на это.

– Может быть. Это просто… ну… я не могу объяснить.

– Зачем пытаться? Непанта, ты знаешь, что ты самая настоящая огорчительница? Ты находишь проблемы там, где их нет. Тебе нравится быть несчастной? Я имею в виду, конечно, здесь есть над чем подумать, но не стоит строить на этом всю жизнь. Тебе просто надо чем-нибудь заняться, вот в чем дело. Вся твоя беда в этом.

– Чем? Какая от меня здесь может быть польза? Я просто еще один ненужный едок в Вороньем Грае.

– Ты меня просто с ума сводишь вот таким настроением. Нечего делать? Прошлой ночью Рендель сказал, что Брок не организовал госпиталь. Нам надо будет подготовить место, где лечить раненых. Я слышала, что в Глубоких Темницах много места.

– Но там грязно. Ими не пользовались много лет.

– А мы могли бы расчистить их, разве нет? Посмотри, у нас полный замок женщин, которые дуреют от скуки. Это удержит их от неприятностей?

– Такая работа займет уйму времени…

– Есть еще целый месяц, пока они там будут готовы к атаке. И даже больше, если Рендель сделает вылазку, как он собирается.

– Тогда лучше начнем.

Элана улыбнулась. Ее уловка сработала.

– Позволь мне только прихватить накидку, – сказала Непанта. – Мы возьмем ключи и посмотрим, что там можно сделать.

Начали поступать раненые. Сражение продолжалось. Факелы, поднимающиеся по горе, показывали пути движения подкреплений. Элана и Непанта помчались в свой импровизированный госпиталь и начали скорбную и трудную работу по укладыванию солдат. Большинство раненых были пленниками. Разгромив передовой лагерь противника и разрушив двухнедельные земляные работы, Рагнарсон вернулся. Он и Рольф выстраивали своих сотоварищей в замковом дворе для переклички.

Внезапно подбежала Элана, задыхаясь от подъема из Глубоких Темниц.

– Браги, – выдохнула она, почти задыхаясь. – Это Хаакен. Он скверно ранен… И у него есть… что-то о старике.

– Проклятие! – Он повернулся и проревел: – Рольф! Драконоборец! Элана, будь с ним и убери прочь Непанту. Не дай ему проговориться и предать нас. – Подошли Рольф и Драконоборец. Рагнарсон объяснил ситуацию. – Хаакен добыл, что мы хотели. Я спущусь, как только мы закончим перекличку.

– Как он? – спросил Рольф.

– Выжил, – ответила Элана. – И я не могу обнаружить ничего, хотя он выглядит умирающим. Пока что я должна продержать его живым. – Она заторопилась прочь.

– Подожди! – сказал Рагнарсон. – Там, в Нижних Оружейных палатах, есть комната, которой никто не пользуется. Если мы сможем перетащить его туда, то уберем с дороги. Проклятие! Проклятие! – Он был испуган, что Хаакен их выдаст, и боялся, потеряет единственного остававшегося члена семьи.

Сверху Салтимбанко увидел, что что-то нарушилось в группе внизу.