Я замираю в полном ошеломлении. Грэйсин только что сказал, что беспокоится обо мне. Я стараюсь скрыть свою реакцию и молча следую за ним по короткому коридору, который ведет из комнаты охраны в гараж на шесть машин. Но этот гараж совсем не похож на тот, что я обнаружила на прошлой неделе.

Я бы покривила душой, если бы сказала, что не поражена. Хотя то, что он живет в доме с прислугой, поварами, ассистентами и телохранителями, должно было дать мне представление о его богатстве. Однако больше всего меня впечатляют автомобили, которые занимают гараж. Первый из них – черный грузовик, практичный и очень вместительный. Рядом с ним стоит внедорожник такого же цвета. Он выглядит очень элегантно и напоминает правительственный автомобиль, который используют секретные службы. Я не решаюсь спросить, как он оказался у него и вместо этого рассматриваю три других места: все они заняты дорогими спортивными автомобилями разных цветов и марок.

– Боже мой, – шепчу я под нос.

Позади меня раздается звук бряцающих ключей, и, обернувшись, я вижу, что Грэйсин пристально смотрит на меня, а затем указывает на внедорожник.

– Мы поедем на нем.

Мне приходится сглотнуть, чтобы смочить пересохшее горло.

– Хорошо.

– Не припомню, чтобы ты когда-либо была такой молчаливой, – усмехается он. – Ты что, язык проглотила?

С большим трудом я забираюсь на пассажирское сиденье, а Грэйсин занимает водительское место рядом со мной.

– Не проглотила. Мне просто интересно, как тебе удается все это себе позволить? Или это не тема для разговора?

Автомобиль оживает с глухим урчанием, а я терпеливо жду, пока Грэйсин переключится на передачу «драйв» и выедет из гаража.

– Для тебя нет запретных тем, Тесса, нужно лишь задать вопрос.

– Тогда объясни, пожалуйста, как у тебя появился этот особняк и множество автомобилей? Ты работал на того, кто приказал тебе убить Сальваторе? Но почему?

Я с самого начала была заинтересована прошлым Грэйсина, и теперь, когда он стал более разговорчивым, мне не терпится узнать больше.

Пока он собирается с мыслями, я наслаждаюсь открывающимся видом и, опустив стекло, подставляю лицо свежему послеполуденному ветерку. Мне разрешали гулять по саду, но что-то в этой замкнутости лишает прогулку всех ее прелестей.

– Я заключаю контракты с несколькими компаниями, которые существуют только на бумаге, – говорит он, и, тяжело сглотнув, я снова обращаю на него свое внимание.

– Контракты? – переспрашиваю я едва слышно.

Грэйсин кивает головой, но я не могу понять его настроение, так как он надел солнцезащитные очки.

– Да, Тесса, я уже говорил об этом.

От его признания у меня перехватывает дыхание, но я жестом прошу его продолжать, не желая, чтобы он останавливался.

Грэйсин выруливает на шоссе, и вдруг я осознаю, что даже не представляю, в каком штате мы находимся. После происшествия на складе я была настолько ошеломлена, что даже не подумала спросить. Местность напоминает Калифорнийскую пустыню, но мы движемся в совершенно незнакомом направлении. С тем же успехом мы могли бы оказаться и в Неваде, и в Аризоне.

– В молодости я общался с множеством не самых приятных людей, и приобрел репутацию человека, способного решать проблемы.

– Стоит ли тебе рассказывать мне об этом?

– Я могу рассказывать тебе все, что захочу. Люди, на которых я работаю, платят мне, потому что я лучший в своем деле.

Прежде чем ответить, я облизываю губы.

– Это звучит не очень хорошо.

– Не так уж все и плохо, – он пожимает плечами, перестраиваясь в крайнюю левую полосу движения. – У меня было дерьмовое прошлое, и мне было больше нечем заняться, поэтому я тренировался, чтобы стать более опасным.