Он решил пока не думать о такой возможности. Повернувшись к молдожке, он заговорил на ее родном языке.

— Мой брат и я сам очень рады твоему обществу. С этого момента постараемся говорить только на вашем языке и пользоваться языком мягколицых только в сам крайнем случае.

— Я не возражал, — важно произнесла девочка. — Теперь мы сами полный Демон и готовы творить разные жуткие непочтенные штуки. Что мы будем делать?

— Ну, скажем, — предложил Калли, — поищем место в городе, где оставим некий знак нашего присутствия?

Безумец от смеха затрясся всем телом, словно собака, вылезшая из воды на берег.

— Верно! Как верно! — вскричала она. — Демон обязан оставить знак своего появления! Где же мы его оставим?

— Ты сама знаешь город и окрестности лучше меня или Книжника, сказал Калли. — Может, оставим его в месте, где находятся большие военные космолеты?

— Нет, не подходит, — решительно возразила она. — В столице нет больших военных кораблей, только несколько курьеров. Флоты расположены на десятой планете. А мне без разрешения семьи планету нельзя покидать.

Космопорт уже остался далеко позади. Такси ехало вдоль шестиполосного бульвара с рядами деревьев, похожих на тополя с большими листьями. Теперь стало понятно, чем заменили ночное искусственное освещение в городе: через каждые двадцать-тридцать ярдов попадались огромные горящие факелы, установленные на толстых столбах, в десяток футов вышиной. На каждом столбе горело по три факела. Эффект был впечатляющий.

— Где мы сейчас? — спросил Вил.

— На имперской парковой дороге, естественно, — поведал Безумец. Отсюда можем направиться, куда пожелаем. Теперь мы должны решить, где оставим знак… А ну-ка, стоп!

Они только что поравнялись с несколькими витринами, освещенными изнутри тройными факелами, — похоже, это были небольшие магазины.

Молдожка быстро нажала на клавишу, такси затормозило. Ни слова более не говоря, она выскочила наружу через дверцу со своей стороны, обежала машину и исчезла в одном из магазинчиков.

— Что она задумала? — поинтересовался Калли, перейдя на английский.

Вил покачал головой. На его лице играл прыгающий отсвет факелов.

— Понятия не имею, — сказал он.

Минуту-две спустя девчонка выскочила из магазинчика, впрыгнула в такси и включила двигатель.

— Теперь, — гордо заявила она, — я сама настоящий Безумец.

Калли внимательно посмотрел на нее, но поначалу ничего нового не заметил. Потом он обратил внимание, что к воротнику одеяния добавлена какая-то полоска из чего-то вроде картона. Теперь по форме и высоте воротника молдожку можно было принять за одиночку мужского пола. Кроме того, Калли заметил ремень у нее на поясе, а на ремне — черные ножны с толстой рукояткой какого-то игрушечного меча.

— Понятно.

И не давая себе времени на раздумья, добавил:

— Пока ты сам был внутри, наш брат Книжник — и я сам приняли решение.

Мы оставим знак нас самих у компаунда имперской семьи.

Несколько секунд Безумец изумленно взирал на Калли, а потом снова затрясся сем телом. Лишь несколько мгновений спустя молдожка, смогла взять себя в руки.

— Ужасно! Чудовищно! Потрясающе удивительно! Если бы сестры мои слышали! — восхищенно кричала он. — Мы сами будем как настоящий Демон! Мы оставим знак нас самих у порога с самого крайнепочтенного! Вы сами замечательные мягколицые!

Она направила такси на крайнюю левую полосу движения, у первого перекрестка свернув налево — на ту полосу, где машины двигались несколько быстрее.