– Бедняга! Должно быть, дела у него совсем плохи, раз он к тебе пришел. Я знал, что у него неприятности, но не подозревал, что настолько крупные.

– Он сказал, что находится на грани банкротства и вынужден будет закрыть журнал, если его никто не купит. Похоже, однако, что никто в этом не заинтересован.

Алекс внимательно посмотрел на него:

– Ты далеко не так счастлив, как можно было бы предположить, дружище. По идее, ты должен был бы сейчас вовсю злорадствовать.

– Ну почему же? Я уже давно перестал на него злиться. – Марк криво улыбнулся. – Если по правде, я и сам думал, что буду радоваться его краху. А вместо этого пожалел бедного сукиного сына. Знаешь, даже захотелось ему помочь. Но мы просто не можем купить его журнал. – Он повернулся к Алексу. – Ты со мной не согласен?

Алекс вздохнул:

– Я-то согласен. Это стоило бы кучу денег, да и нет никакой уверенности, что мы смогли бы его вытащить.

– Вот и я так считаю. – Марк начал расхаживать по комнате. – Тем не менее нам пора подумать об издании нового журнала.

– Целиком и полностью согласен с тобой, Марк. – Размахивая сигарой, Алекс подался вперед. – Я думаю, нам пора выходить на другую читательскую аудиторию. На женскую. Можно было бы издавать журнал такого же формата, как «Мачо», только для девушек. Мы могли бы назвать его «Сеньорита».

Марк остановился как вкопанный.

– Нет, Алекс. Женщины никогда не станут покупать журнал, издаваемый «Мачо корпорейшн».

– Этого ты никогда не узнаешь, если не попробуешь, Марк. Настанет время, когда появятся женские журналы – не такие, как сейчас, а такие, как «Мачо». Недалек тот день, когда мы увидим на развороте фотографию мужчины!

– Возможно, ты и прав, хотя я сильно сомневаюсь. Но это не для нас. Я думаю о новом журнале для мужчин.

Алекс покачал головой:

– Ты не прав, дружище. Даже если он пойдет, что вполне возможно, если правильно взяться за дело, мы только расколем нашу аудиторию, а общий тираж возрастет очень мало.

– Конечно, риск есть. Но с каких пор мы стали его бояться? «Мачо» ведь тоже был рискованным предприятием, не так ли?

Лицо Алекса застыло.

– Ты знаешь, как я на это смотрю. Я не поддерживаю ничего такого, что могло бы хоть как-то повредить «Мачо».

– Да ну тебя, Алекс! Ты меня уже достал своей тревогой за «Мачо». Сегодня ему уже ничего не может повредить!

– Сколько издателей говорило то же самое?! Вспомни «Лайф», «Лук», «Сатердей ивнинг пост» и еще кучу других. Вспомни, зачем к тебе только что приходил Ласло Сноу. Они тоже думали, что им ничего не угрожает.

– Но это совершенно другое дело…

– Ничего подобного, Марк! – Алекс хлопнул по столу ладонью. – Если появляется хотя бы намек на финансовую нестабильность, рекламодатели сразу начинают разбегаться. Ты ведь знаешь, что они охотнее помещают рекламу на телевидении, чем в журналах. При первых же неприятностях они спешат покинуть корабль!

– Этого не произойдет, пока у нас хороший тираж.

– Большой тираж ничего не значит. Не тебе объяснять, что основные деньги поступают от рекламы. Если только рекламодатели решат, что у нас заколебалась почва под ногами…

– Черт возьми, Алекс, о чем ты говоришь? Какая такая почва заколебалась у нас под ногами?

– Я говорю не о журнале, дружище. – Алекс испытующе посмотрел на него. – Как подвигается дело с фильмом?

Марк отвернулся.