Молли в восторге разворачивала все эти богатства, глаза ее горели от восторга.

— Господи! Ты же потратила на нас целое состояние, Мин, ей-Богу!

Дэвид, бывший выходным в этот день, не мог нарадоваться на новый барометр.

— Ну спасибо, ты прямо угадала мои желания. Я не доверяю этим прогнозам. Мне все надо потрогать руками, во всем убедиться самому.

Мин с Маргарет на руках чувствовала удовлетворение: вот здесь дядины деньги были действительно полезны. Она целовала кудряшки девочки:

— А ты заметно подросла, малютка.

Развернув белый пушистый костюмчик для Маргарет, Молли воскликнула:

— Это — сон! Мин, ты слишком щедра.

Та не ответила, только улыбнулась и покачала головой. Когда Дэвид принес вина и сказал, что все должны выпить за них сегодня, Молли заметила:

— Как ты прекрасно выглядишь, Мин! Не представляю на себе такой модели, какую ты носишь.

— Я могу выслать тебе такую через неделю.

— Не говори глупостей, дорогая. Посмотри на мои формы, а ты же балерина.

— Да, еще немного тонковата. Почему бы тебе не поправиться немного? — сказал Дэвид, выходя в коридор искать место для своей новой игрушки.

Молли Селерс с доброй завистью рассматривала гостью, теперь такую прекрасную и богатую Золушку из соседнего дома. А это ее карета — большой блестящий серебристо-синий «роллс-ройс»!

— Мы очень рады за тебя. Надолго ли ты в Лондон, милая?

Мин смотрела перед собой, словно видела что-то вдали.

— Зависит от многих причин, Молли.

— Снова собираешься за границу?

— Может быть. Дядя Альберт плохо переносит зиму в Англии.

Молли вздохнула:

— Хотела бы я, чтобы твоя злющая тетка увидела, что с тобой случилось. Держу пари, она пожалела бы, что была так несправедлива. Поделом старой карге.

Но Мин думала не о тетке. Она сказала:

— Я видела Джулиана… мистера Беррисфорда… недавно.

— Ну? Неужели он вновь появился в твоей жизни?

— Да, — тихо сказала Мин.

— Мы читали в газетах о разводе. Все ведь прошло спокойно?

— Да, — сказала она и подумала: «Он уже заплатил за это и продолжает платить. А от меня ему ничего не надо, даже моей любви».

Молли с любопытством взглянула на богатую подружку:

— Он все еще тебя волнует, Мин?

— Да, Молли, я просто с ума схожу. Так было и будет.

— Ты очень верная, — сказала Молли восхищенно. — Верная всем старым друзьям. Помню, как ты тогда появилась здесь, сбежав из того дома у реки. Все думаешь о Джулиане, хотя ты видела с тех пор столько интересных парней, ты хорошенькая и с деньгами. Мы с Дэвидом говорили: почему бы тебе не сниматься в кино?

Дэвид, войдя в комнату, услышал последние слова. Он сказал:

— Конечно. Познакомься с кинопродюсером Райтом. Тебе теперь все доступно. И не забудь насчет моего приоритета, если соберешься покупать телевизор. Ты сейчас можешь позволить себе лучшую модель. Я заинтересован в комиссионных.

Несмотря на всю теплоту этого дружелюбного дома, ей было очень грустно. Единственный человек, за которого она хотела выйти замуж, не мог жениться на ней, поэтому эти разговоры казались ей пустыми. Но она улыбнулась и сказала:

— Клянусь, Дэвид, если я когда-нибудь выйду замуж и у меня будет свой дом, то телевизор я куплю только у тебя.

Потом она оставила Стритхэм и мирок Селерсов, чтобы попасть в мир богатства и блеска. Она пригласила Еву Тренч пообедать в «Кларидже».

Это была их первая встреча с памятного дня ее бегства.