Мидовец с госконцертовцем ушли, а я предложил комитетчику пойти окунуться.

Тот согласился, и мы двинулись на оборудованный пляж.

После ужина Сева с Юлей предложили мне вновь пойти с ними в город — погулять. Оказывается, на вечернюю прогулку собиралась довольно большая компания. Но я решил не ломать алиби, ведь я, по идее, на Севу дико осерчал. Поэтому отказался и попросил пригласить с собой мою маму.

— Саша, ну конечно же мы Веру Сергеевну и её подруг уже пригласили, — обиженным тоном произнесла рыжуха.

— Вот и славно. Спасибо, — поблагодарил я.

— А ты чем будешь заниматься? — поинтересовался Сева.

— Это очень интимный вопрос, но вам я скажу на него ответ, — заговорщически огляделся и, дождавшись, пока они потянут свои шеи ко мне ближе, тихо прошептал: — Я буду писать роман.

— Он секретный? В романе что-то запрещённое? — прошептал Сева, оглядываясь.

— Нет! Я же не дурак всякую фигню писать на бумаге. В романе ничего запрещённого нет, и не будет — даже мата.

— А почему тогда ты шепчешь? — посмотрев по сторонам, так же тихо проговорила Юля.

— А потому, что у меня с головой не всё в порядке, вот и шепчу, — честно ответил шёпотом я и, оставив опешивших влюблённых размышлять над услышанным, удалился восвояси.

— Н-да, ну и денёк, — сказал себе я, ставя перед собой печатную машинку. — Ну да ладно, с элитниками вроде бы разобрались. И то славно.

Закрыл глаза, посидел в тишине с полминуты, глубоко вздохнул, набираясь сил непосредственно из мирового континуума, затем открыл глаза, откусил яблоко и взялся ваять продолжение мирового шедевра.

«Главный герой, попав в пещеру, не сразу понял, где...»

Раздался стук в дверь.

— Гм!! — прошипел я и зло крикнул:

— Е-моё!! Неужели на решение вопросов не хватает рабочего дня?!?!?! Отдыхать-то когда мне? А?

Из-за двери не ответили. Вздохнул и решил дистанционно стимулировать процесс диалога.

— Блин, кто там?!

— Александр Сергеевич, это мы, — негромко произнёс женский голос.

«Маша? Гм, вроде бы нет. Вроде бы голос постарше. И то хорошо. Да и не должна она тут быть, они же с Лебедевым в Гавану уехали, — посмотрел на часы, — но вроде бы должна скоро вернуться. Или ещё нет? — задумался. — Тогда кто это пожаловал?»

Необходимо было уточнить.

— Кто это мы? Назовитесь!

— Мы — ученики 1-го «Б» и 1-го «В» классов.

— И чего вам надо-то, пьяницы?!?! — буркнул я и пошёл открывать дверь, надеясь, что вчерашние гуляки пришли не бить меня, а по другому вопросу.

Так оно и оказалось. Мои детишки — девчонки и мальчишки всех возрастов, пришли просить за невинно убиенного в первой серии друга Савелия.

Я стоял и показательно хмурил брови, а они просили прощения, обещали, что больше не будут, и говорили, что готовы понести любое суровое наказание за него.

Зная, какой это контингент, что он — контингент, самолюбив и эгоистичен, их извинения слушать было приятно. А значит, не зря Корнеев при моей поддержке работал с ними не покладая рук. Оказалось, что они были ещё не полностью потеряны для общества, если решили принести в жертву себя ради спасения фактически не знакомого человека.

Поступили бы они так ещё два месяца назад? Говорят, история не знает слов «если бы», но, вполне возможно, что если бы не наше со сторожем воспитание этой трудовой интеллигенции, то эти черствые эгоисты никогда бы не то чтобы не сделали чего-то подобного, но даже и в мыслях такой глупости бы не рассматривали.

А тут на тебе, готовы даже на включение их роликов чуть ли не в первую серию.