— Нет. Спасибо. Я тебе верю.

— Ик…

— Саша, ты вот сейчас песню пел про слёзы Тини, — влез в разговор Минаев. — Скажи честно, Тини это вымышленный персонаж? На самом деле ты имеешь в виду Марту Вебер?

В этот момент в студию вошёл Кравцов, который услышав последний вопрос коллеги, хрюкнул, мгновенно согнувшись, захлопнул дверь и исчез в неизвестном направлении.

— Так что — эта композиция о Марте? — вернулся к вопросу Минаев.

— Э-э, — медленно произнёс я, прикидывая, куда они клонят. Однако понять это сейчас было по некоторым причинам невозможно, ибо я был малоадекватен, поэтому решил ответить уклончиво: — Не то чтобы о Марте. Скорее по мотивам…

— Вот! Я так и знал, — победно посмотрел на Лебедева госконцертовец. — Вот что такое тоска по любимому человеку!

— Э-э… ик…

— К этому мы ещё вернёмся, — хмыкнул мидовец и, посмотрев на меня, спросил: — А чего такую грустную песню написал? Да ещё и на английском.

— А какую надо? И на каком? — улыбнулся бывший пионер, радуясь, что застолье устроил не прям в репетиционной, а в столовой.

«Вот бы палево было бы. Они заходят, а тут поляна накрыта. Кипиша было бы не избежать…»

— На нашем — на русском. И, чтоб повеселей была, — тем временем озвучил свои предпочтения товарищ Лебедев.

— Так никто меня об этом не просил, вот и написал, что написалось, — пояснил я.

— А если б попросили? Смог бы что-нибудь придумать для наших граждан?

— Наверняка!

— Ну, тогда я тебя прошу. Придумай. Только хорошую.

— Договорились, ик, — улыбнулся я, взял гитару в руки, подошёл к микрофону и запел.

https://youtu.be/A9bjffOMDPI?t=25 Перемотка — Твоего балкона свет

По реакции зала было ясно, что песня всем пришлась по вкусу.

— Точно тоскует! — тяжело вздохнул госконцертовец, когда я повесил последний аккорд.

— Н-да, наверное, весна влияет, — нахмурился Лебедев.

— Ик, — произнёс я и, глотнув, из предусмотрительно стоящего на тумбе гранёного стакана, поинтересовался: — Ну как? Круто?

— Не плохо.

— А мне кажется — круто!

— Саша, а ещё? Ещё что-нибудь подобное у тебя в твоём новом репертуаре есть? — затаив дыхание спросил Минаев, который являясь работником культуры нет-нет, да немного в этой самой культуре понимал.

— А-то, — хмыкнул величайший из величайших, вспоминав, что для выпуска минипластинки, нужно как минимум две композиции (по одной на каждую сторону).

А затем исполнил ещё один суперхит.

https://www.youtube.com/watch?v=5k6BugmrwFE Дурной Вкус — Пластинки

Закончив композицию, посмотрел на скупо улыбающегося и явно довольного товарища Лебедева и спросил:

— Ну что, готова советская промышленность выпустить миньон с тиражом в миллион экземпляров?

Тот хмыкнул и, покосившись на Минаева, пожал плечами:

— Не знаю. Но мы этот вопрос обязательно проработаем.

— Хорошие песни. Если учесть предыдущие продажи написанных Сашей песен, то я думаю вполне реально реализовать и такой большой тираж, — смело произнёс сотрудник Госконцерта, но через мгновение заметил пристальный взгляд мидовца и быстро поправился: — Естественно этот вопрос нужно ещё будет тщательно проработать и согласовать с различными министерствами и ведомствами. И только после этого уже строить планы. К тому же, для гарантированного результата, возможно, имеет смысл подключить, для более успешной популяризации данного продукта, телевидение, журналы и газеты.