— Виктор Павлович, — совсем неожиданно проклюнулся Новосильцев, — я думаю что все мы в этом заинтересованы.

— Увы, господа, но я действительно плохо знаю Историю. Поэтому не могу назвать имён ни учёных по этой теме, ни первых производителей. Знаю лишь, что где-то в Пруссии есть и научные разработки, а также специалист который ведёт селекционную работу по улучшению свекловицы. И точно так же в России вроде есть уже научная работа и также практические попытки добиться результата кто-то уже совершает.

Собравшиеся как-то странно смотрели на меня, как будто я разбудил в них монстров предпринимательского толка. Переход на свой сахар это мощная экономическая бомба и все это понимают. А уж возможность массового производства экспортного товара вообще ни в какие рамки не укладывается. Это всё-таки не пенька или верёвки и канаты из неё, это очень востребованный товар. Тем более, что тот кто первым в мире переведёт сахарное дело на промышленные рельсы, тот и будет диктовать условия игры.

— Денис Дмитриевич, — перешёл на некоторую фамильярность царь-батюшка, — если в ближайшие десять-пятнадцать лет мы сможем начать производство собственного сахара, то вознагражу вас орденом.

— Благодарю, ваше величество, премного рад.

Нас с Ланским наконец-то отпустили, а сами «негласники» по всей видимости предались мечтам и делам.

Уже подъехав мы обратили внимание на террасу, где пили чай двое молодых мужчин и г-жа Ланская. Чуть позади неё стоял лакей, время от времени подливавший напиток в чашки посидельцев. Всё как в фильмах про царские времена, только в реале. Один из гостей — наш новый знакомец Одиноков, а вот второго мы не знали. Как оказалось, это друг юриста, недавно прибывший в Петербург из Старой Руссы по каким-то своим делам на несколько дней.

— Денис Дмитриевич, вы так интересно рассказывали о новом банке, что я поделился самой идеей со своим приятелем. Он руководит солеварнями и имеет гражданскую карьеру, но очень хотел бы послушать о новом деле.

— Ну что же, поделюсь ещё раз, коли кому-то это действительно интересно.

Пришлось вывалить на свежие уши тонну лапши, а то чем чёрт не шутит. У человека вполне успешная карьера, а он притащился, чтобы узнать побольше о совсем отличном от того, чем занимается. И это не визит вежливости «за компанию», как я понимаю. Может удастся переманить его к себе на службу. Одна проблема — он не очень хорошо говорит по-русски, с явным немецким акцентом. Однако всё понимает с лёту, а такое вообще-то редкость.

— Инвестиционный банк мне нужен, как и целый юридический отдел, так как я собираюсь создать серьёзную промышленную структуру. Увы, специалистов из разных сфер человеческой деятельности совершенно не найти. То есть, они наверняка есть, но где мне их искать? Уверен, что некоторые заинтересовались бы новыми подходами и инновациями во вроде бы обыденной деятельности. Жаль, что придётся собирать команду единомышленников очень долго.

Разговор, слава богу, клеился, да и я увлёкся. Оба визитёра тоже раскрепостились и задавали вопросы, а также пытались советовать «А если так?». Кое-что я запоминал на будущее, так как слушатели были действительно опытны. Интересно, но даже супружеская чета Ланских подкидывала идеи. А новый знакомый оказывается знаток в разных областях хозяйственых действий, несмотря на молодость. Вроде двадцать пять лет, а разбирается даже в овцеводстве, а не только в солеварнях, которыми управляет. И в финансовой деятельности петрит, даже имеет кое-какие свои инновационные подходы.

— Так может быть отставите карьеру в сторону и несколько лет поработаете со мной? А то трудно вводить новаторство не имея партнёров, которые столь хорошо ухватывают новый взгляд на вроде давно известное.