– Таким образом, вы признаете, – продолжал Джетри, – что если не будет доказано, будто все возникшие не в сезон ветровые воронки были все до одной созданы замурзанными землянами, балующимися с древней технологией, тогда не менее вероятно – и даже более вероятно, – что устройство, которое мне принадлежит и которое я получил в подарок от родича, – является предсказателем погоды, а не средством ее формирования.

«Неплохо», – поздравил он себя, хотя, если говорить честно, сам он не слишком верил в правоту своего довода…

– Я зря трачу время! – рявкнул разведчик. – Да пусть у вас будет устройство, которое излечивает слепоту, возвращает утерянную молодость и делает еще что угодно и исключительно на благо, – вы все равно должны были бы его сдать! Запретная технология запрещена, во всех ее проявлениях.

«Так-то, – сказал себе Джетри. – Ты ведь не рассчитывал, что это подействует?»

По правде говоря, он на это не рассчитывал. С другой стороны, только плохой купец так легко признает себя проигравшим. Что говорил дядя Пейтор? Что-то насчет того, что надо заставить своего противника испытывать неуверенность, обращая это к своей выгоде?

Джетри наклонил голову и изменил подход.

– Я – гражданин Земли, – сказал он.

– Ага! – заметила про себя леди Маарилекс.

– Это всякому видно, – едко отозвался разведчик. – Однако этот момент не играет роли. В настоящее время вы находитесь в лиадийском пространстве и связаны лиадийскими законами и правилами.

– Ха! – сказала леди Маарилекс.

Джетри поднял руку:

– Я – гражданин Земли, а устройство, которое вы желаете конфисковать, является подарком родича. На данный момент у меня есть только ваше утверждение относительно того, что конфискация древней технологии входит в число обязанностей разведчиков. Я должен увидеть упомянутое вами правило прежде, чем отдам свою собственность. – Он опустил руку. – И отдам я ее не вам, сударь.

– Вы… – выдохнул лейтенант.

Джетри увидел, что он учел оскорбление и запомнил его для последующего сведения счетов. Флаг ему в руки.

– Я отдам это устройство – если будет доказано, что я вообще должен его отдать – капитану-разведчику Жан Реку тер-Астину.

Наступило долгое молчание, явно окрашенное недоверчивым изумлением.

– Капитан-разведчик тер-Астин – полевой разведчик, – сказал лейтенант с легким оттенком отвращения на слове «полевой». – Чтобы его отыскать, понадобится время, а в течение этого времени устройство по-прежнему будет представлять опасность для всех нас.

– Капитана-разведчика тер-Астина видели не далее как в шестьдесят шестой день на станции Кэйлипсо, и я убежден, что вы обнаружите его по-прежнему там, так как он только недавно получил перевод, – парировал Джетри.

– Вызовите его, – сказала Миандра, резко и неожиданно. – Джетри поклянется не использовать устройство, пока капитан за ним не явится. И будет лучше передать его в руки полевого разведчика, а не человека, который предпочитает комфорт правил и своей постели – и кому противно иметь дело с этими скотами землянами.

Разведчик изумленно уставился на нее.

– Я ведь правильно вас поняла? – спросила она, и в ее голосе зазвучала какая-то странная нота, от которой у Джетри волосы на затылке встали дыбом.

Разведчик поклонился – очень четко, – а когда он выпрямился, его рыжие глаза стали похожи на камни.

– Вы это в высшей степени правильно поняли, – сказал он и добавил: – Драмлиза.