– Верно.

– Хорошо. Вы не могли бы объяснить этот процесс удерживания ветра?

Молчание. Джетри, на которого не обращали внимания, быстро скосил глаза и увидел, как девочка облизала губы. Ее вызывающий подбородок опустился чуть ниже.

– Итак? – сказала Целительница немного резко. – Или же вы не можете объяснить этот процесс?

Миандра снова вздернула подбородок.

– Это очень просто, – ответила она хладнокровно. – Я просто выставила свою волю напротив ветра и… толкнула.

– Так… понятно. – Целительница подняла руку. – Откройтесь мне, пожалуйста.

Подбородок дрогнул, потом снова вернулся на место. Миандра закрыла глаза, Целительница сделала то же. В течение дюжины секунд в гостиной царила полная тишина, а потом Миандра вздохнула, а Целительница открыла глаза и поклонилась леди Маарилекс.

– Я вижу, что она верит в то, что сказала, и что она перенесла глубокое нервное потрясение. В этом нет ничего необычного: ветровые воронки часто волнуют людей. Галлюцинация – будто она сдерживала ветер, пока ее друзья не оказались рядом с ней – является чем-то менее распространенным, но и это бывает. Перед лицом гибели разум создает иллюзию власти, так что ветер удерживается, море расступается, лавина поворачивает прочь. В своем роде это благотворный недуг, который легко прогнать демонстрацией фактов: в данном случае записью пути и скорости ветровой воронки.

Леди Маарилекс наклонила голову.

– Ребенку будут показаны записи погоды, Целительница. Я благодарю вас.

Она повела рукой.

– Да? – спросила Целительница.

– Вы увидите, что Миандра потеряла в ветре свою подвеску подмастерья. Я попросила бы Гильдию выслать новую.

Взгляд на Миандру показал, что ее опущенные вниз руки сжимаются в кулаки, но на Миандру не смотрел никто, кроме Джетри.

– Конечно, – сказала Целительница леди Маарилекс.

Джетри кашлянул.

– Что? – рявкнула леди Маарилекс, что Джетри упрямо решил считать разрешением говорить.

Он наклонил голову.

– С позволения Целительницы сиг-Харат, – сказал он предельно вежливо, – а разве не может быть, что Миандра удержала ветер? Она и ее сестра делают другие вещи, которые кажутся мне, невежественному землянину, столь же невозможными.

Целительница бросила на него пронзительный взгляд.

– Джетри, – сказала леди Маарилекс, – приемный сын вен-Деелин.

– А!

Целительница наклонила голову.

– Конечно, Целители могут творить немало чудес, молодой господин. Но чтобы сделать то, на что Миандра… считает себя способной… на это нужны силы и воля, которые так же далеки от полуобученного и непостоянного Целителя, как… как Лиад от Земли.

«А такой ответ не говорит абсолютно ничего», – подумал Джетри, хотя быстрый взгляд в сторону застывшего лица Миандры указывал на то, что ей это, возможно, что-то говорит.

– Спасибо, Целительница, – вежливо сказал он. – Я благодарен за информацию.

– Я всегда рада давать информацию, – отозвалась она и снова поклонилась леди Маарилекс. – Мой долг исполнен, я удаляюсь, – произнесла она официальную формулу.

– Целительница, – ответила старая дама, – мы благодарим вас за вашу заботу.

После чего бледная Мейча поспешно увела Целительницу, и дверь за ними закрылась с явно слышимым хлопком.

В своем голубом кресле Стафели Маарилекс пришла в движение, потянувшись за палкой.

– Итак, мы выстояли этот раунд, – сказала она, используя палку как рычаг и пытаясь подняться на ноги.