– Исполняющий обязанности командира спецгруппы «Буря», – представился он. – Майор Адлерберг. Вас я знаю, – сказал он адмиралу, – а вы?..

– Президент Парвис, к вашим услугам.

Парвис сказал это по‑русски, но с акцентом, и адмирал усмехнулся про себя.

– Итак, первое требование мы выполнили: вы имеете возможность говорить с первым лицом государства. Просим и вас выполнить наше ответное требование: выпустить из города всех насильственно удерживаемых жителей.

– Я не могу быть уверен, что именно вы и есть президент, – сказал Адлерберг. – Мне нужны доказательства.

– Это интересное требование, – сказал Парвис. – Портрет в газете вас устроит?

– Газеты вы, конечно, привезли с собой?

– Попытайтесь поискать на здешней почте. Газеты с моим портретом могли успеть доставить.

Столичные газеты выходили в Порт‑Элизабете и Свитуотере с опозданием на сутки. Шесть‑семь часов занимала телеграфная передача текста и растрированных дагерротипов и рисунков.

Несколько секунд Адлерберг молчал, о чем‑то напряженно думая.

– Хорошо, – сказал он. – Я вам верю. Мы начнем отпускать население, если вы согласитесь сами стать заложником.

– Разумеется, – сказал Парвис. – Поэтому я здесь.

– Отпущена будет половина жителей, – продолжал Адлерберг. – Поскольку только одно из двух первых лиц я вижу перед собой.

Он улыбнулся. Зубы у него были редкие и короткие, будто стершиеся.

– Его высочество прибудет вечером, – сказал адмирал. – Я уже получил телеграмму из войск. Его встретили и сопровождают сюда.

– Вот тогда мы отпустим и вторую половину жителей, а также имеющихся пленных. А теперь я хочу спросить: что вы намерены нам предложить?

– Мы уже обменялись мнениями с Ее величеством, – сказал Парвис, – и решили, что всех, и вас в том числе, устроит следующий вариант. У нас есть остров, где проходили карантин все иммигранты. Территория в три тысячи квадратных миль, город, порт, несколько десятков поселков. Мы намерены вывезти оттуда всех, кто пожелает уехать, и предоставить этот остров в ваше распоряжение.

– Вот как?

– Да. Вы будете иметь право сами устанавливать там любую форму правления и вести образ жизни, какой пожелаете. Ограничение единственное: в течение десяти лет вы не должны будете этот остров покидать.

– Почему это?

– Чисто медицинское ограничение. Вы являетесь носителями инфекций, к которым у нас нет иммунитета.

– Понятно. Ловушка для дурака. Сказочный остров, мы поплывем к нему на корабле, и где‑то на глубоком месте команда откроет кингстоны.

– Во‑первых, с вами буду я и наследник. Во‑вторых, нам просто нет смысла этого делать. Если бы мы хотели вас убить, мы бы накрыли вас в городе газом. Не ваше изобретение: брать заложников. Мы покончили с этой практикой лет пятьдесят назад – знаете, каким способом? Мы провозгласили, что каждый заложник – это павший солдат. Еще живого, его уже считали мертвым. И действовали так, как будто перед нами только вооруженный противник. Это было очень жестоко, но чрезвычайно действенно. К вам мы этой меры не применили лишь потому, что вы новички среди нас и еще не знаете всех правил игры. Вы думали, что нарушили правила, смахнули фигуры со стола – и тем победили? На самом же деле, вы просто совершили заведомо проигрышный ход.

– Я подумаю над вашим предложением. Должен сказать, в свою очередь, что мы уже имеем интересное альтернативное предложение, которое сейчас изучаем.