– Я так и знал, что вы меня не поймете, – гордо сказал Борис и быстро встал, чтобы оставить за собой последнее слово, – счастливо оставаться!

Выйдя из здания центра, он с удовольствием вдохнул свежий осенний воздух. Настроение поднялось. Рабочего места он, разумеется, не получил, но ведь и не рассчитывал. Зато отвел душу, хоть и немного, но попортив нервы коммунякам. И это только начало, он ведь на самом деле уже присмотрел пару сетевых площадок, где это дело можно будет продолжить уже перед большей аудиторией. Да и друзья обещали принять активное участие.

Чтобы не откладывать дело в долгий ящик, Борис сразу пошел к ближайшей станции метро, а потом поехал в Автово, где на квартире у Олега Семкина сегодня намечалась вечеринка. По пути еще надо было заглянуть в магазин, чтобы прикупить продуктов и выпивки.

Народ уже успел в большинстве своем собраться, стол был накрыт, дым стоял коромыслом. Но шума не было. Все внимали какой-то новой песне, которую исполнял под гитару бывший актер, уволенный некогда из театра имени Ленсовета, частый гость в их компании. Борис сел за стол и прислушался к песне:

Когда песня закончилась, Борис ощутил, как на глазах у него навернулись слезы. Все же талант не пропьешь, с таким чувством петь про нашу проклятую жизнь не каждому дано!

Глава 8

Борис ослабил узел галстука и обвел взглядом присутствующих. Было видно, что и на них песня произвела впечатление.

– Все мы должны помнить, – выразил общие чувства хозяин квартиры, – что эта страна хочет нас убить. Постоянно приходится жить с оглядкой. Стоит только оступиться, стоит только сделать неверный шаг… Видел по телевидению фильм про крокодилов в Африке. Подойдет неосторожная жертва к реке… мгновенный бросок, клацнули челюсти и бьющееся в агонии тело ящер утягивает на дно. А что делать, если пить хочется? Для безопасности из вонючих луж воду хлебать?

Пока приятели привычно перемывали косточки Совдепии, Борис выбирал лучший момент, чтобы воспользоваться правильным настроением и напомнить о данном ему на неделе обещании. Бодаться в сети с коммуняками в одиночку ему не хотелось, в компании такие дела делаются куда веселее.

Неожиданно к столу присела незнакомая девица – весьма эффектная брюнетка. Как же он ее до того не приметил? Видимо в туалет отходила.

Борис наклонился к уху Олега Семкина: – Это что за краля? Раньше ее на наших вечеринках не наблюдалось.

– Олечка Гофман, сестра Михаила, менестреля нашего, с ним и пришла. Псевдо у неё – «Суфражистка», – тоже на ухо прошептал Олег. – Краснопузых, кстати, ненавидит всеми фибрами. А что раньше не бывала, так у нее своя компания.

– И чем же коммуняки ее так допекли? – заинтересованно спросил Борис.

– К себе не взяли, – усмехнулся Семкин, – она с детства ими бредила, все в коммунизм рвалась, отличница, гимнастка, общественница. А они ее на отборе взяли и завернули, поэтому с тех пор кровные враги.

– А почему завернули?

– Олечка не говорит, но можно догадаться. Я смотрел в Кондуите ее данные, там отмечено, что у подруги половые перверсии. В смысле, что она девушек мужикам предпочитает. А краснопузые подобные кадры, говорят, заворачивают без разговоров. Да не пялься ты на нее! Догадается, что о ней судачим!

Предостережение явно запоздало. Брюнетка прямо-таки впилась в него глазами:

– О чем шепчетесь, мальчики? Не обо мне ли? – поинтересовалась она ледяным голосом.

– Я только спросил откуда такая красавица на наших посиделках, – поспешил оправдаться Борис.