— Ну, ясно… — недовольно сказала Валерия. — Ботаник. То-то тебя Мымра гоняет почём зря!..

Я моргал.

— Неужели ты и дома такой был?.. — спросила она. — Что прикажут — выполнишь, на фиг никогда не пошлёшь…

— Ну а как иначе? Работа…

Усмехнулась.

— Мы ведь тебя взаправду за лицензионного приняли…

— Мы?! — всполошился я. — Кто это — мы? Тут что… ещё есть кто-то?..

— Мы — это я, — с простотой Людовика Четырнадцатого пояснила она. — Мы с Лерочкой.

Ну, ясно. Родственная душа. Тоже, видать, сама к себе на «ты» обращается. Других сюда, наверное, и не берут. Другие здесь удавятся… Кстати, на чём? Разве что лиану у Мымры одолжить…

— Заездит она тебя, — предрекла Валерия. — И правильно сделает. Шестеришь, суетишься. Умей себя поставить. Тут так: чуть дашь слабину — на шею сядут…

Внезапно вскочила, повернулась ко мне, в глазах — чёртики, рот — до ушей.

— Пошли посмотрим, как лицензионных муштруют!

Надо полагать, иных развлечений тут не имелось. И двинулись мы в неизвестном направлении. Вернее, известном, но только ей, Лере. Мне — нет. Я старался держаться вровень с моей спутницей, не обгоняя, чтобы не попасть в поле её зрения, но и не отставая, чтобы не подумала, будто пялюсь сзади. Хотя пора бы уже привыкнуть, перестать стесняться. Скандинавы, говорят, со скандинавками вместе в общественных банях моются — и не потому что темперамент северный, а потому что разницу сознают между койкой и парилкой. Так и тут. Если на то пошло, что есть нагота? Рабочая одежда андроида.

А Леру, похоже, и дома трудно было чем-нибудь смутить. Развязная особа, ой развязная… Кто её такую в андроиды пропихнул? И курит вдобавок… Шла чуть ли не вприпрыжку, болтала не переставая, выпытывала подноготную, донимала вопросами:

— А тебя-то чего трясли? Шурин должен, а ты при чём?

— Наверное, думали, что мы с ним на пару…

— Развели тебя, как лоха, понял? Никто тебя не искал…

— Как же не искал? — сердито возражал я. — Карина Аркадьевна специально выясняла… справки наводила…

— Ага! Наводила она там… Нашёл, кому верить! Сколько, ты говоришь, им должен был? Триста штук? Ну так эта Карина твоя им сразу же за тебя триста штук и вернула…

— Да нет же! Они за мной на двух машинах приехали! Прямо туда, на дачу…

— Значит, ещё и доплатила, чтобы пугнули…

Меня настолько поразили Лерины слова, что я едва не споткнулся. Неужто правда? Ну, если так, то Карина Аркадьевна просто сволочь!

— Это сколько ж доплачивать! Там такие крутые ребята…

— Сколько надо. Ты прикинь, какие на тебе бабки срублены!..

— А на тебе?

Валерия остановилась, нахмурилась. Правда, как выяснилось, совсем по другому поводу.

— Дрыхнет, — разочарованно сообщила она.

— Кто?

— Андроид. В спящем режиме он. Фиг с ним, пойдём другого поглядим…

Я всмотрелся в обозначившийся впереди искривлённый светлый блик. Очертания футляра расплывались, но крышка точно была закрыта.

— Думаете, он внутри, Лера?

— Конечно, внутри! Змейки видишь?

Мы подошли поближе. Действительно, если приглядеться, по льдистой оболочке чужого футляра вились подобно языкам позёмки струйки белых искорок. Не представляю, как Валерия ухитрилась заметить их издалека. Впору предположить, что зрение здесь со временем обостряется.