Главное — удостовериться в том, что пострадавший не лишился сознания. Задавать ему легкие вопросы, спросить, например, какое число или как его зовут.

— Сэр, вы помните, какой сегодня день недели?

Тедди Хили пробормотал что-то неразборчивое. Что ж, по крайней мере, он жив.

— Вы слышите меня? — повторила Фрида. — Я жду вашего ответа, сэр.

— Оставьте меня в покое, — донеслось до ее слуха. — Отстаньте, бога ради.

— Какой день недели сегодня?

— Пятница, черт вас побери.

— Отлично. Тогда вставайте, я помогу вам.

— Фрида, побыстрей, — прошипела Ленни, — а то нас застукают.

Она успокоилась. Этому типу было уже за сорок, примерно столько же, сколько ее отцу, и девушка чувствовала себя немного глупо, помогая такому старику встать на ноги. «Ну, что у нас здесь?» Горький пьяница? Умирающий? Больной с приступом печеночной колики? Она подняла руку, и проезжавшее мимо такси остановилось. Помогла Тедди забраться внутрь кабриолета и усадила на сиденье.

— Вы не забыли свой домашний адрес? Где вы живете? — из предосторожности уточнила она.

— Смешно. Кто вообще сказал, что я живу?

— Мертвым вы точно не кажетесь. Пульс у вас прекрасный. Но вы можете заработать крупные неприятности, если не перестанете пить. Разрушите печень — и все, ваши дни сочтены.

— Хотел бы я поменяться местами со здешним призраком.

Фрида ощутила озноб. Ленни говорила, что этот тип кого-то убил. Может, это и правда?

— С каким еще призраком? — спросила она.

Тедди Хили смотрел на нее широко открытыми глазами. И в этих глазах Фрида вдруг увидела такое, что не часто доводится видеть молоденьким девушкам. Самый отчаянный страх. Был он убийцей или не был, но страх полностью покорил этого человека. И боялся он именно того, что поселилось внутри его. Девушка попыталась представить себе, как мог бы поступить ее отец, встретившись с людскими фобиями и тайнами. Возможно, он старался держаться от них как можно дальше и имел дело только с физической материей человека — поломанной ногой, болью в спине, оставляя темное и неизведанное другим — учителю, священнику, психологу.

Девушка просмотрела бумажник Тедди и нашла адрес. На мгновение взгляд ее упал на фотографию молодой светловолосой женщины, глаза смотрели прямо в объектив. Фото выглядело потускневшим, размытым, казалось, что, несмотря на свою красоту, женщина эта исчезала на глазах.

Денег в бумажнике не оказалось. Тогда Фрида вынула из кармана пальто небольшую наличность, что там была, и протянула деньги водителю.

— Можете не сомневаться, — заверил ее тот, — я доставлю его по этому адресу.

Фрида бегом вернулась к дверям отеля, и они с Ленни помчались вверх по лестнице, держась за руки и хохоча как полоумные.

— Нет, ты и впрямь ненормальная, — твердила Ленни. — Разве тебе не противно было дотрагиваться до него?

— У меня отец доктор. Так что я видала вещи и похуже.

— А, ну тогда понятно. Вернее, понятно, почему ты возилась с этим пьянчугой, но непонятно, что ты делаешь в нашем «Лайон-парке».

Третья их подруга по комнате, Кэти, так и не проснулась. Эта Кэти была той самой девушкой, которая одолжила у Фриды черное платье и подцепила Мика Джаггера. Теперь они, хоть и не вполне верили рассказанной истории, называли ее за глаза миссис Джаггер или подружкой Мика.

— Видела я, как ты сунула водителю деньги, — продолжала Ленни. — Уж это точно лишнее, даже для дочки врача. Эх ты, размазня…

— Ты бы тоже так сделала.