— Это не так сложно, — слабо улыбнулась Брук.

— Женщине?! Равнодушно относиться к деньгам?! — возмутился Мэтт.

— А что в этом особенного?

— Видишь ли, — осторожно начал он, — женщины, с которыми я встречался, интересовались исключительно состоянием моего банковского счета и толщиной бумажника.

— Как-то с трудом верится…

Мэтт напрягся. Неужели он может встречаться только с патологически жадными женщинами?!

— Что ты этим хочешь сказать?

— Ну… Деньги не самая твоя сильная сторона.

На уязвленное самолюбие Мэтта словно пролился исцеляющий бальзам. Не то чтобы его раньше не хвалили и не отвешивали комплиментов по поводу фантастической сексуальности и неординарных способностей, но ему и в голову не могло прийти, что Брук обратит на это внимание.

— В самом деле? — улыбаясь во весь рот, он шагнул вперед. — А что еще?

Брук, вздыхая, озиралась по сторонам. В конце концов посмотрела па Мэтта и объявила:

— Ты отличный парень.

Какой-какой? Отличный? Что это может значить? Во всяком случае, не плохой. Но не это интересовало Мэтта. Очень хотелось знать, на какие еще его выдающиеся достоинства может обратить внимание девушка. Мэтт задумался и вернулся в исходное положение.

— Я думал, женщины любят плохих парней.

Брук потопталась на месте, но ковырять дверь больше не решилась: вряд ли Мэтт обрадуется ущербу, нанесенному его драгоценной машине.

— Это все выдумки.

— Для кого?

— Для психоаналитиков, испытывающих недостаток в клиентах.

— О да! — расхохотался Мэтт. — Ладно, проехали.

А что еще я могу предложить женщине, кроме денег и того, что можно на них купить?

— Ну, — Брук огляделась по сторонам, будто в салоне автомобиля мог сидеть вражеский агент, тщательно записывающий каждое их слово, и тихо проговорила:

— Ты хорошо выглядишь.

Ее смущение позабавило мужчину.

— Неужели? Значит, ты думаешь, что я симпатичный парень?

Пытаясь защититься, Брук обхватила себя руками.

— Что я думаю, не имеет никакого значения.

Просто так написано во всех журналах. Полагаю, ты не сверкал бы на всех обложках, если бы не увеличивал число покупательниц.

— Ой-ой! — Мэтт ощутил то же, что и рыболов, подсекающий огромного окуня. — А еще?

— Это все.

Мэтт шагнул вперед, и теперь их разделяло расстояние всего лишь в несколько дюймов.

— Скажи, а мои поцелуи тебя возбуждают?

— Мэтт! — поперхнулась Брук. — Я действительно… — Она взглянула на часы. — Ой, мне пора бежать.

— Ты не ответила па мой вопрос.

— Да, но…

— Значит, — он довольно ухмыльнулся, — все-таки возбуждают.

— Я этого не говорила.

— А тебе и не нужно. Я помню, как ты дрожала в моих объятиях.

— Ничего подобного! — выкрикнула до глубины души уязвленная девушка.

— А еще, — Мэтт погладил ее тонкую руку, — ты сама меня целовала.

— Я объясню…

— Непременно, — согласился он, подхватывая Брук под руку.

Кровь бросилась ей в лицо. Это все из-за жаркого южного солнца. Если так и дальше пойдет, придется менять место проживания: уж слишком часто начала краснеть Брук. Она отскочила назад и попыталась глубоко вдохнуть.

— Мы еще не решили, каким образом разорвем помолвку.