В саквояже был походный комплект беглеца: пачки советских дензнаков, немного немецких марок и польских злотых, золотишко в изделиях, несколько банок тушенки и галеты, два пистолета. Но все это интереса не представляло. Куда более обнадеживающей показалась мне папочка на тесемочках с надписью «ХII партконференция», в которой лежали какие-то листочки с записями и схемами, плюс к этому пара школьных тетрадок в клеточку, исписанных убористым почерком.

– Сами писали? – полюбопытствовал я.

– А кто же еще.

– Почерк хороший. Гимназии заканчивали?

– Была такая милость царя – наиболее талантливых детей рабочих и крестьян брали в гимназии, да еще и приплачивали.

– Талантливый, значит.

– Не обделен, – процедил Головченко.

Я пролистнул тетрадки. Прямо клад. Четкие списки всей организации. У автора была склонность к систематизации. Люди были четко разделены на участников, сочувствующих, а также неосведомленных, кто содействовал по дури или по подчиненному служебному положению. Ну и схемы, как я понимаю, тайников. С ними проблема – без пояснений их невозможно привязать к местности.

– Отличный материал. Будоражит кровь, как марочное вино… Только нет имени главного вашего, так сказать, делового партнера, – выжидательно уставился я на задержанного. – Или секретничать будете?

– Ну какие теперь у меня секреты от ОГПУ, – рассмеялся Головченко. – А вы-то сами как думаете?

Конечно, по правилам сказать должен он. Но все и так предельно ясно. Когда я называл имя, задержанный кивнул, как мне показалось, со злорадством:

– Прокололся все же, рожа белогвардейская! И поделом ему, холую всех разведок!.. А вы не зря хлеб свой едите. Все вынюхали. Кто постарался? Русаков?

– Коллективная заслуга.

– Коллектив – это сила, – усмехнулся задержанный.

– Не поделитесь по-дружески целями вашей бурной антисоветской деятельности?

– А вы сами не понимаете?.. Власть!

– Вы хотели снести советскую власть в области?

– Перехватить ее здесь. А потом и дальше, со всеми остановками… На дворе голод, коллективизация буксует, с индустриализацией тоже вопросы. Народ недоволен. На Западе Польша нож точит, на Дальнем Востоке – японцы. Очень большой запас прочности нужен, чтобы все эти угрозы нейтрализовать. А еще отсутствие единства в Москве. Вот и появляется возможность расшатать ситуацию, вызвать народные волнения. Область подходящая. Проблемная. А рядом степи с диким населением, тоже не слишком любящим большевиков.

– И хлеб использовать как оружие, как приманку.

– Ну можете же думать, когда хотите.

– Усугубить голод, а потом приманивать на хлеб… Просто необычайно цинично и подло по отношению к собственному народу.

– А, народ – это фикция. Он самой природой создан для того, чтобы на его шее сидели власть имущие.

– И чем же вы тогда лучше буржуев и монархистов?

– Они поддерживали полудохлый царизм. Мы строим коммунизм. Исторический процесс такого масштаба низводит ценность отдельной личности, а также целых народов до нуля.

– И в этой своей исторической деятельности вы сошлись, как сами выразились, с белогвардейцами и холуями все разведок. Не стыдно?

– Какой стыд? Голый практицизм. Белякам нужен возврат к старому. Европе вечно не хватает природных богатств, хотя она и подмяла под себя весь мир. И она мечтает превратить Россию в сплошную зарубежную концессию. Но все они в последнее время прекрасно поняли, что прямым наскоком советскую власть не сломить.