— Кажется, Томбера с ними нет… — Сикард, ожидавший караван с не меньшим нетерпением, чем Рид, выглянул в окно и, убедившись, что предположение верно, выжидательно посмотрел на стоявшего рядом Нормана.

В свою очередь, капитан так же внимательно присмотрелся к сгрудившимся посреди двора людям, приветствовать которых вышел сам Бенсон, и пожал плечами.

— Не вижу необходимости что-то менять, но это я учту обязательно…

Шаво чувствовал себя превосходно. Прежде всего он сообщил, что в восторге от Африки, путешествия и охоты, потом, вспоминая встречу на пароходе, сначала обращался только к Сикарду, выскочившему вслед за Бенсоном, а когда в его цветистом рассказе зазвучала патетика, уделил максимум внимания полковнику, как бы подчёркивая, что такие речи могут быть обращены только к собеседнику высшего ранга.

Выслушивая разглагольствования мсье Шаво, полковник Бенсон оставался непоколебимо спокойным, в то время как Сикард всячески демонстрировал, что он в восторге от такой неожиданной встречи, от рассказа и, прежде всего, от самого мсье Шаво. Именно эта кажущаяся непосредственность дала ему возможность в удобный момент задать французу, вроде как из простого любопытства, каверзный вопрос:

— Мсье Шаво, простите, никак не могу понять, что можно нести в таких длинных ящиках?

— О ля-ля! — весело воскликнул Шаво. — Я решил, что это лучший способ транспортировать слоновую кость.

За время разговора собеседники с середины двора незаметно, как бы сами по себе, а на самом деле специально, переместились к самому входу в дом, где за дверью по предварительному условию до нужного момента скрывался капитан Рид. Фраза Сикарда была условной, дослушав ответ француза, Норман широко распахнул дверь и, глядя прямо в глаза опешившему от неожиданности Шаво, с усмешкой спросил:

— А где же оружие?

— Что?.. Оружие?..

То ли от внезапного появления Нормана, то ли от вопроса, заданного в лоб, Шаво на какой-то момент растерялся, но тут же взял себя в руки, по очереди посмотрел на английских офицеров, потом на только что подошедшего лейтенанта Гуро и холодно произнёс:

— Какое оружие, джентльмены? Я не понимаю о чём речь…

— Какое? Сто пятьдесят винтовок «Гра»! — продолжал наступать Норман. — И не говорите мне, что их не было, так как я сам видел их в этих самых ящиках ещё в трюме «Зуава»!

— А-а-а, так это вы следили за мной?.. — криво усмехнулся Шаво и на удивление резко сказал: — Тогда спросите об этом у своего наёмника. Его имя Томбер. Или нет?.. Так зовите его сюда и начнём откровенный разговор!

Неожиданное заявление заставило англичан переглянуться, и Норман, мгновенно поняв, что дело значительно усложняется, несколько сменил тон:

— Мсье Шаво, откровенный разговор начать можно. На пароходе я интересовался не столько вашим грузом, сколько господином Томбером. Кто он такой и, кстати, где он?

— Это я тоже хотел бы знать, — презрительно пожал плечами мсье Шаво, — и довожу до вашего ведома, джентльмены, что Томбер исчез в неизвестном направлении, а лейтенант Гуро и наш охотник Менс полностью подтвердят мои слова.

— Ни капельки в этом не сомневаюсь, — с явной издёвкой произнёс вмешавшийся в разговор майор Сикард и тем же тоном закончил: — Если это так, то вы, мсье Шаво, кажется, тоже имеете желание выяснить свои отношения с мсье Томбером.