На правом мизинце водителя тускло отблёскивала крупная золотая печатка с чёрным камнем, и он то и дело оглаживал этой рукой блестящую лысину, явно стараясь произвести на Аню солидное впечатление. Потом палец с перстнем манерно мелькнул около приёмника, и салон наполнила негромкая музыка Гайдна.

Ожидавшая услышать скорее «русский шансон», Аня приятно удивилась выбору Кожина и принялась следить за дорогой, не переставая восхищаться тихим ходом мощного внедорожника. Доехали за пять часов без остановок.

Предприняв несколько безуспешных попыток разговорить пассажирку, водитель надавил на газ и обернулся только один раз – на въезде в Петербург – спросить Анин адрес.

– Я, конечно, понимаю, почему вы такая невесёлая. Тонуть на порогах – кто хочешь умом тронется. Но может быть, как-нибудь встретимся, в ресторан сходим? – неуверенно предложил на прощание Кожин, помогая выйти из машины.

Аня с благодарностью сжала протянутую руку и вежливо отказалась:

– Рада бы, да не получится, надо сына из отпуска забирать.

– Так вы замужем, – поскучнел Кожин. – Так бы сразу и сказали. Ну, Вилена Гуговна!

Обречённо махнув рукой, он скрылся на сиденье, едва доставая ногой до педали газа, и медленно отъехал от дома, бросая на Аню укоризненные взгляды. В другой момент она бы засмеялась, но сейчас сердце тревожно сжималось от неприятных предчувствий.

Соседка снизу, хранившая ключи от квартиры, подбавила беспокойства:

– Я думала ты дома, – удивлённо сказала она, подавая ключи с брелком-ракушкой, – у вас вчера вечером кто-то ходил.

– Тебе показалось, – быстро сказала Аня, чувствуя, как к горлу прилила удушливая волна тошноты, а ноги противно налились тяжестью.

– Может, и показалось, – покладисто согласилась соседка, – я вчера рано спать легла, а спросонья чего не покажется. Ты, если что, звони.

Захлопнувшаяся дверь оставила Аню одну на лестнице. Отступать было некуда и идти тоже.

Присев на ступени, Аня сжала руками голову и твёрдо приказала себя перестать трусить:

«Давай, думай! – понукала она свой мозг, отказывавшийся ей помогать в самый решительный момент. – Думай! Думай!»

Решение пришло неожиданно, когда ключи, звякнув, выскользнули из пальцев на каменные ступени.

Едва не сломав ноготь, Аня отцепила брелок-ракушку – память о черноморском побережье – и выбросила ключи в мусоропровод.

Потом включила телефон, набрала номер домовой службы и наговорила в автоответчик:

– Восьмой подъезд, квартира 563. Срочно жду слесаря. Потеряла ключи от квартиры. И попрошу сразу же захватить новые замки, самые надёжные. Цена значения не имеет, за скорость оплачу отдельно.

Убежденная, что при ожидании слесарей под дверью своей квартиры время имеет свойство волшебным образом останавливаться, Аня приготовилась ждать чуть не до утра, но ладный паренёк в модных джинсах явился в течение часа.

– Ключик потеряли? Бывает, – слесарь понимающе взглянул на Аню и, очевидно оценив дары олунчан – поношенную юбку из бабушкиного сундука и дешёвую кофточку с китайского рынка, участливо спросил: – Вы уверены, что решили поменять замочки? А то я вам в полцены новые ключи подберу.

– Уверена.

– Смотрите, как бы потом не пожалеть, а то я прихватил замки швейцарского производства, номерные, они, наверно, больше вашей зарплаты стоят.

Тщетно подождав ответа, парень пожал плечами и ввинтил в замок тонкое сверло шуруповёрта:

– Не хотите подбирать ключики – как хотите. Хозяин – барин.

«Даже если в квартире кто-то есть, то услышав, что я не одна, постарается уйти», – утешала себя Аня, но всё же, переступая порог, чувствовала, как дрогнули ноги.