Первую дверь он открыл длинным ключом с замысловатой бородкой, с улыбкой вспомнив, как дважды пришлось делать с него слепок. За дверью был короткий коридор, сворачивающий направо.

Перед поворотом Вернер помедлил, поднял руку с пистолетом и резко шагнул вперед. Но здесь никого не было. Метрах в пяти от него находилась вторая дверь.

Эта дверь была даже не заперта. За нею Вернер увидел бункер округлой формы. Яркий плафон наверху освещал пустое помещение.

«Значит, она здесь, знаменитая дверь», — подумал Сиражутдин Ахмедов-Вилкс.

Он подошел к ней и остановился, разглядывая. Дверь была овальной формы. По краям странного вида ручки. Никаких отверстий, ничего похожего на замочную скважину. И только в самом центре двери круглый, вроде телефонного, диск.

— Гнейзенау, Гнейзенау, — пробормотал Вернер фон Шлиден, подходя к двери.

С минуту Янус стоял неподвижно у стальной двери, пристально рассматривая круглый диск с буквами и цифрами на белых ячейках.

— Гнейзенау, — снова повторил он и осторожно стал набирать это слово на диске. Затем повторил эту операцию в обратном порядке.

«Теперь цифры, — подумал майор. — Двадцать восемь — сорок три. И тридцать четыре — восемьдесят два…»

Когда майор Вернер фон Шлиден набрал последнюю цифру и убрал палец из ячейки диска, раздался короткий мелодичный звон, и дверь бесшумное отворилась.

6

— Сейчас выходим, Хорст. Будьте осторожны, — сказал обергруппенфюрер. — Форзихт!

Подземный ход из Королевского замка привел их в бомбоубежище под одним из домов на правом берегу Прегеля.

— Быстрее, быстрее! — торопил обергруппенфюрер Хорста. — Я не намерен попасть в руки русских.

— Позвольте, обергруппенфюрер, но как нам быть с завершающим этапом операции «Костер Нибелунгов»…

— Это не ваше дело, Хорст. У меня есть особые соображения на этот счет, — сказал Беме. — Идите быстрее! Форвертс!

Они спустились к самой воде, поблескивающей от ближних пожаров. Откуда-то стреляли, пули проходили над их головами. Визжали мины. Королевский замок не был виден под черным покрывалом дыма, окутавшего центр города. В Прегеле плыли трупы и обломки того, что обладало способностью держаться на воде.

«Что произошло? — лихорадочно думал Хорст. — Неужели Беме отказался от операции «Костер Нибелунгов»? Приказ свыше или его собственная инициатива… Понимаю, он хочет купить этой ценой расположение русских, если вдруг попадет к ним в руки… Да, это так понятно, черт побери, но ведь я, Ирокез, не получал приказа о ликвидации «Кактуса»… Как мне ни жаль, экселенц, только я теперь не служу вам больше…»

С другого берега донеслись крики «Ура!» Русские!

— Поторопитесь, Хорст! — крикнул Беме.

Через несколько десятков шагов Вильгельм Хорст остановился.

— Это здесь, — сказал он.

Хорст поднял крышку канализационного люка и стал спускаться по скобам. Обергруппенфюрер последовал за ним.

Они оказались в подземном зале. Вдоль одной из стен протянулся причал, у которого стояла небольшая подводная лодка специального назначения.

— Снаряжение и припасы приготовлены? — спросил Ганс-Иоганн Беме у Хорста.

— Конечно! Все уже давно в лодке, — ответил Вильгельм Хорст.

— Поторопитесь, оберштурмбанфюрер! Шнель! Шнель!

Обергруппенфюрер СС Ганс-Иоганн Беме медленно отступил на три шага назад, и в тот момент, когда Хорст, стоявший у трапа, соединял подводную лодку с причалом, отвернулся, выхватил из кобуры парабеллум.