|
Без ускорения ты их изучишь… Хм… За два года и восемь с половиной месяцев. То есть торчать нам тут ещё долго, при условии, что всё же сумеешь починить прибор.
— А если в капсуле?
— Если после изучения мною фармацевтики в пассивном режиме, — начала говорить Ольга, что-то прикидывая в уме, — то капсулой на полную катушку можно будет воспользоваться через месяц. Ещё почти девять месяцев у меня уйдёт на изучение аналогичным образом остальных баз знаний. Если положить тебя на максимальное для этой модели капсулы ускорение, то чуть больше чем через три месяца выучишь все свои базы.
— То есть ближе к февралю. В принципе, неплохой вариант. Если сможете без меня прожить эти месяцы, я готов валяться в капсуле в виде овоща. Медикаментов же хватит?
— Хватит, даже ещё останется, — сказала Ольга. — Но лучше бы, Саша, ты себе вместо имплантов на силу и псионику прокачал интеллект. Глядишь, хватило бы ума не лезть в космос с прибором, который для этого не предназначен.
— Не начинай, самому дурно. Не привык я думать далеко наперёд, нас в армии от подобного активно отучивали. А я в рядах вооружённых сил провёл долгие семнадцать лет. За это время любого отучат думать головой, даже если она до того момента имелась. Вместо этого нас учили выполнять приказы командования и использовать смекалку.
— Алекс, не наговаривай на себя, — не выдержала, встала на мою защиту Теуспа. — Ты очень умный, любящий и прекрасный муж, смелый и сильный воин. А сломать вещь может любой человек, для этого много ума не надо. Ольга, вот ты такая умная, почему же тогда не сказала мужу раньше, что так поступать нельзя? Легко быть умной после того, как всё случилось… Вот не надо говорить гадости Алексу и расстраивать его, а то не посмотрю, что ты ведунья и старшая жена, все волосы повыдёргиваю.
Сорокаметровый бот сажать возле дома было негде. Пришлось выбрать ближайшую полянку в полукилометре от дома. Естественно, наш полёт не остался незамеченным. Мы только сходили с борта корабля, как из-за деревьях выскочили Таксакис и Томирис верхом на лошадях, в шлемах, камуфляже-берёзке и с луками в руках. Увидев нас, они обрадовались, убрали луки, сняли шлемы и соскочили на землю.
— Ардар! Теуспа! Ольга! — радостно заулыбалась Томирис. — Арба маз маста, — показала она пальцем в небо, затем перевела его на бот.
— Фарна андан нав, — с гордостью произнесла Теуспа и похлопала по борту корабля.
— О-о-о! — благоговейно протянули оба кочевника.
— Теу, о чём речь?
— Родич говорит, что они увидели в небе здоровенную летающую хреновину, а я говорю, что это небесный стальной корабль.
— Кстати, пока они тут. Ольга, поставь им нейросети с имплантами.
— Тройки или двойки? — спросила Ольга.
— Тройки.
— Это часов по восемь на каждого, — после непродолжительных раздумий выдала Ольга. — Я пока не большой специалист, ещё после водки не отошла… А базы им ставить?
— Обязательно. Ставь Охотник и Фехтование пятого ранга, и скопируй им языки: русский и общий Содружества.
— Томирис, ман раг арга, — поманив рукой, на киммерийском подозвала к себе девушку Ольга.
Было удивительным наблюдать, что блондинка освоила местный язык лучше, чем я.
Томирис подошла к Ольге. Медик взяла девушку за руку и повела внутрь корабля. Киммерийка со страхом ступала по мостику и со священным ужасом шёпотом спрашивала, чего от неё хотят? Ольга на ломанном киммерийском объясняла, что хочет наделить девушку здоровьем и силой. После этого Томирис слегка осмелела.
— Таксакис, за мной, — махнул я рукой. |