Выбор… Когда человек стоит перед сложным выбором — это всегда непросто. Ещё сложнее, когда выбор затрагивает сложные вопросы. Мне предлагают силу, могущество, власть. Сложно устоять перед таким соблазном. Разве не к этому я стремился? Заполучить могущество, равное божественному. А тут его подают на блюдечке, мол: «Наконец, ты пришёл. Забирай своё могущество, оно только тебя и дожидалось».

      Выбор — это состояние неопределённости, когда нужно избрать один вариант из двух или множества. Каждому человеку в своей жизни приходится делать выбор неоднократно. Нередко этот выбор связан с морально-этическими аспектами. Здесь нам приходится выбирать между хорошим и плохим, правдой и ложью, честным и бесчестным, но всё это, в конечном счете, сводится к выбору между добром и злом.

      Является ли становление правителем Тартара и архидемоном злом? С одной стороны да. Ведь ещё недавно я осуждал демонов за их паразитический образ получения могущества. С другой стороны очень хочется халявы. Кажется, что получишь могущество, и не придётся идти по сложному пути. Я и так не ангел в том смысле, который в него вкладывают последовали католичества. Так и так пришлось бы решать проблему с чертями.

      Изначально была мысль поработить чертей и использовать их на благо Империи, теперь же мне предлагают другой путь. Зачем плодить сложности, когда можно официально стать главой Тартара?

      Не стоит забывать, что выбор предполагает ответственность за принятое решение. Человек, сделавший какой-либо выбор, должен отвечать за последствия, которые он за собой влечет. К сожалению, найти компромисс не всегда удается. Иногда выбор приходится делать вопреки своим желаниям, и делать то, чего тебе совсем не хочется. Например, мне не хочется рисковать, вступая в схватку с превосходящими силами демонов, зато хочется халявного могущества. В то же время в подкорке засела мысль, что ничего не бывает просто так и за халяву придётся расплачиваться.

      — Ваал-Берит, мы идём к Колодцу?

      — Конечно, повелитель.

      Бес победоносно улыбнулся и последовал дальше мимо коридора из дьяволиц. Он с ухмылкой поглядывал на меня. Дьяволицы пожирали меня жадными взорами, в которых читалось неприкрытое желание. От них расходились волны похоти. Казалось, подмигни любой, она тут же потащит тебя и сделает всё, чтобы стало хорошо.

      — Повелителю нравятся дьяволицы? — спросил он. — Ваал-Зебубу положен гарем. Прошлый повелитель держал его ради статуса. Он предпочитал спариваться с себе подобными. Одна из дьяволиц приглашалась в спальню повелителя, он превращал её в матку своего вида и некоторое время развлекался… Сто-двести лет. Редкая фаворитка задерживалась больше, чем на половину тысячелетия. Это самые красивые дьяволицы Тартара, они твои. Нетронутые вкусняшки, ещё не познавшие прелести самца.

      — Хочешь сказать, ты или твои дьяволы никогда не пользовались услугами этих прелестниц?

      — Нет! Конечно, нет, — клятвенно заверил бес. — Это же собственность Ваал-Зебуба. Но гарем, скука… Дьяволицы развлекаются друг с другом, как могут. Особым интересом пользуются сильные обладательницы хвоста…

      — Быт дьяволов… Это так интересно, — с сарказмом выдал я.