Изабель набрала в легкие побольше воздуха и приказала себе прекратить нападки на Дугласа и извиниться.

— Прости меня за то, что накричала на тебя. Я такая неблагодарная! Ведь если б не ты, мы с Паркером просто пропали бы! Я… я сорвалась. Но пойми меня и ты — в последние дни я чувствую себя очень скверно, внутренне разбитой, опустошенной….

— Но почему?

— Почему? И ты еще спрашиваешь? Да взгляни правде в лицо! Моя жизнь разлетелась на мелкие осколки. Я не знаю, как…

— Ты преувеличиваешь, Изабель. Все не так уж плохо, — мягко сказал Дуглас.

Он собирался напомнить ей о прелестном сыне, который приносит столько радости, но Изабель не дала и слова вставить. Она была не в состоянии разумно мыслить и не хотела выслушивать никаких возражений.

— Нет, плохо! Все плохо! — истерично выкрикнула она. — Сын лежит в ящике от комода, а у него должна быть нормальная колыбель! А мой дом? Думаешь, я сама не понимаю, где он построен? Многие в городе пытались отговорить Паркера селиться в этом месте, но он был уверен: на чертовом болоте можно жить — и хотел доказать, что все кругом ошибаются! Ну что, доволен? Наконец-то я признала, что Паркер отнюдь не был совершенством. А ты? Ты-то чем лучше? Грубый, холодный, черствый! И такой практичный, что просто визжать хочется.

— Ты и так визжишь, дорогая.

— Не смей называть меня «дорогая»! Ты что, никогда не теряешь терпения? У тебя нервы железные?

— Теперь моя очередь. А то ты все время задаешь вопросы и не позволяешь на них ответить.

Как всегда, он, говорил ровным, холодным голосом. Изабель пришла в отчаяние.

— Неужели ты не понимаешь? Ты меня губишь!

— Это еще надо посмотреть, кто кого. Хочешь об этом поговорить? — Он резко хохотнул и подошел к ней. — Должно быть, ты слепая или совершенно чокнутая, если не понимаешь, что делает со мной один только твой вид.

Слова полились сами собой, Дуглас уже не мог остановиться.

— Я сплю на полу, потому что запах твоих простыней, женщина, возбуждает меня невероятно и я не могу заснуть. Я способен думать только о том, как буду любить тебя. Понимаешь? — Он прижал Изабель к стене и уставился прямо в глаза. — Ну что, испугалась? Я тебя ошарашил так сильно, что ты потеряла дар речи? Я тебя шокировал? Какого черта ты улыбаешься, Изабель? Я хочу с тобой в постель. Дошло до тебя? — Дуглас перевел дыхание. — Ну что, испугалась? — снова спросил он.

Она медленно покачала головой.

— Изабель, умоляю тебя, прикажи мне уехать.

— Останься.

— Понимаешь…

— О да, я понимаю, — прошептала Изабель. Она подняла руки и обняла Дугласа за шею.

Он нежно обхватил ее лицо ладонями и наклонился.

— Я старался держаться подальше от тебя… — хрипло проговорил он.

— Правда? — спросила она, глубоко вздохнув.

— Но мне не хватило сил сопротивляться до конца. Эти сексуальные…

— Веснушки?

— Они, дьявол бы их побрал! Ну сколько может мужчина терпеть искушение, прежде чем надкусит яблоко, дорогая? Когда я увидел тебя обнаженной, я чуть…

— Дуглас, ты наконец поцелуешь меня или нет?

Едва она успела договорить, как он прижался к ее губам и приоткрыл их.