Дуглас успел заметить, как хороши ее глаза: скорее золотистые, чем карие, нежные и выразительные. А веснушки… Веснушки, черт побери, просто сводили его с ума!..

Пока молодая мать перечисляла качества, которыми, как она была уверена, наделен ее сын, Дуглас быстро поменял младенцу пеленки и перестелил его постельку. Изабель сообщила, что Паркер уже успел проявить недюжинный ум и массу других достоинств. Когда она закончила свой панегирик, никто не посмел бы оспорить тот факт, что на свет появился гений…

— Я могу пойти с тобой на кухню и помочь приготовить завтрак, — предложила Изабель.

— Нет необходимости, — тихо сказал Дуглас. — Паркеру хватит еды?

— Скоро, думаю, да.

— Пожалуйста, прекрати наконец смущаться. Я должен знать, все ли у него в порядке.

— Да. Все идет прекрасно. Доктор мне заранее объяснил, чего ждать. Сегодня вечером я уже смогу покормить Паркера.

Дуглас кивнул.

— Если начнется кровотечение, ты мне скажешь.

Хорошо?

— Дуглас…

— Я думаю о Паркере, — строго перебил он. — Мне надо поехать за доктором, пусть он вас обоих осмотрит. Я смогу провезти его ночью мимо людей Бойла.

— Незачем. Я скажу тебе, если что…

Положив ребенка, Дуглас повернулся к Изабель, чтобы помочь ей снять халат. Желая доказать, что справится сама, она дрожащими руками попыталась расстегнуть пуговицы… Не обращая внимания на это слабое сопротивление, Дуглас спокойно раздел ее, уложил в постель и аккуратно подоткнул одеяло.

— Но я совсем не устала! Я хорошо выспалась, — протестующе проговорила Изабель.

Она попросила его еще раз взглянуть на сына, что он и сделал, а потом вышел из комнаты. Когда Дуглас закрывал дверь, Изабель уже погрузилась в глубокий сон.

В тот вечер она поужинала рано. Дуглас накормил ее поджаренным хлебом и комковатой подслащенной кашей. Он решил, что сейчас для нее ничего не может быть лучше каши.

Изабель считала совершенно иначе! «Ну и гадость!» — подумала она, едва проглотив первую ложку, но изо всех сил постаралась съесть остальное и при этом не давиться. Потом горячо поблагодарила Дугласа.

Убрав поднос, он сел на краешек кровати.

— Нам надо поговорить, Изабель.

Она уронила салфетку па колени.

— Ты уезжаешь?..

— Изабель…

— Я понимаю.

Лицо ее совершенно побелело.

— Нет, я не уезжаю. Но надо каким-то образом обеспечить тебя продуктами.

— Правда?

— Да..

— Вот тогда бы я смогла что-нибудь испечь. А у меня нет ни муки, ни сахара.

— Я поеду в город.

— А люди Бойла?..

Дуглас прикоснулся к ее руке.

— Послушай меня. Не надо волноваться. Я не настолько глуп, чтобы разгуливать у всех на виду или средь бела дня заявиться в магазин. Поверь мне, Изабсль.

— Тогда как…

Дуглас ухмыльнулся:

— Я отправлюсь туда ночью.