– О, почти ничего. Я ее едва знала.

– Повезло вам, – сказал он. – Извините, не хочу показаться озлобленным, но…

– Но вы озлоблены.

– Думаю, да. Лучше б я никогда ее не встречал, – сказал Портер, и Эбигейл подумала, что он что-то недоговаривает. По какой-то причине она услышала в голове голос Брюса, как тот с ненавистью произносит слова «избалованная стерва».

– Вам больше не нужно беспокоиться о ней. Ее тут больше нет.

– Как это понимать, ее тут больше нет?

– Я имею в виду, что она уехала. Покинула остров.

– Правда? – Он выглядел удивленным, и было ясно, что, по крайней мере, Портер не слышал всей истории о том, что Эбигейл видела прошлой ночью. Либо это, либо он притворялся, что не слышал.

– Она покинула остров вчера днем, вместе со своим мужем. На самолете.

На мгновение Портер как будто растерялся.

– О, я этого не знал, – ограничился он короткой фразой.

Однако глаза его рыскали по залу, как будто Портер кого-то высматривал. Эбигейл посмотрела на линию его подбородка и заметила, как подергивается маленькая мышца. Очевидно, даже одно упоминание о Джилл Гринли вызывало у него стресс.

– Не буду вам мешать, Портер, – сказала она, и он вновь посмотрел на нее, почесав при этом свободной рукой ключицу. Это движение привлекло взгляд Эбигейл к расстегнутому вороту его рубашки. На шее виднелось ожерелье из плетеной кожи, свисающий с него кулон был скрыт рубашкой.

– Идете обедать? – спросил Портер, одним долгим глотком допив свое пиво.

– Я скоро вернусь, – сказала Эбигейл и направилась к лестнице. Она не знала точно, чего именно надеялась добиться от разговора с Портером, но тот факт, что он вел себя уклончиво, почти нервно, укрепил ее подозрение, что Портер может быть причастен к тому, что случилось с Джилл Гринли. Возможно, это он напал на нее прошлой ночью.

Дверь офиса была открыта, но внутри никого не было. Комнату заполняло едва различимое гудение электричества и мерцание неисправных флюоресцентных ламп. Услышав позади себя шаги, Эбигейл обернулась. Перед ней стоял тот же служащий, которого она встретила, когда ранее приходила сюда в офис.

– Здравствуйте, миссис Лэм, – сказал он, держа в одной руке бумаги, а в другой – стрелу. Должно быть, взгляд Эбигейл остановился на стреле, потому что служащий поднял ее и показал ей конец. – Очевидно, когда у стрелы нет перьев, она летит неправильно.

– Оперения, – автоматически поправила его Эбигейл.

– Не понял? – спросил он.

– Извините. Правильно говорить «оперение». – Это слово пришло ей в голову из-за Бена Переса, ее бывшего парня, который когда-то написал стихотворение с этим словом. Они тогда даже поспорили по его поводу. Эбигейл утверждала, что это слово звучит слишком серьезно. Было так странно внезапно подумать о Бене здесь, на острове Харт-Понд, где она чувствовала себя оторванной от Нью-Йорка и своей прежней жизни…

– Оперение, – повторил мужчина. – Я запомню. Кстати, меня зовут Аарон, если вы не помните.

– Здравствуйте, Аарон.

– Хотите сделать еще один звонок?

– Да. – План Эбигейл состоял в том, чтобы позвонить Зои и сказать ей залезть в компьютер и поискать способы выбраться с этого острова. Вдруг она найдет другой чартер, который согласится лететь на остров Харт-Понд… Если кто-то и способен выяснить это, то именно Зои.

– Проходите, – сказал Аарон и повел Эбигейл к тому же столу, за которым она сидела раньше.