– Будешь держать Этиоля, чтобы он мог видеть. Мне придется править.

– Править куда? – тихо спросил зверочеловек, бережно беря на руки то, что осталось от Этиоля.

– На запад! Куда еще! – буркнул Симна и уселся на сиденье водителя. Он попробовал, как ходит рычаг, поднял парус, и повозка со скрипом тронулась с места. Симна вывел ее на дорогу, и путешественники покатили на запад.

Большая часть пути прошла без происшествий. Алита время от времени убегал на охоту и приносил черных кроликов и небольших антилоп, так что свежего мяса хватало всем. Эхомба тоже не голодал: ему давали протертые ягоды и нарезанную на мелкие куски рыбу.

К удивлению Симны, пастух испытывал даже некоторое удовольствие от новизны ощущений. Ходить он не мог, зато был способен ползать, помогая себе руками и ногами.

Симна восхищался его выдержкой и терпеливостью. Любой другой человек, лишившись скелета, впал бы в уныние, но только не Эхомба. Он по‑прежнему был бодр, временами похваливал Симну за ловкость в обращении с повозкой, Алиту – за удачливость в охоте, Хункапу – за помощь и неизменное дружелюбие.

На пятый день Симна не выдержал и воскликнул:

– Клянусь Джирборном, можно подумать, что, лишившись костей, ты чувствуешь себя куда лучше, чем прежде!

– Скелет, конечно, во многих отношениях полезная штука, – ответил Эхомба. Он лежал на руках у Хункапы. – Но вертикальное положение отнюдь не самое лучшее в смысле приспособления. Прямоходящее существо слишком уязвимо для ветра, а также копий и стрел противника. У ползучего создания есть свои преимущества. Спроси, например, у змеи.

– Я готов помогать человеку, но не змее, – проворчал Симна. – Впереди, похоже, река. И широкая…

Эхомба попросил Хункапу приподнять его повыше.

– Мне кажется, – поделился он своими наблюдениями с Симной, – колея должна оборваться, не доходя до берега. Смотрите, противоположный берег более низкий, и лес там пореже. Рули осторожнее, не стоит рисковать повозкой. Она нам еще пригодится.

– Ладно, – кивнул меченосец и вдруг помрачнел. – Может, судьба решит, что за последнее время я слишком мало ходил пешком, чтобы наградить меня длительной поездкой.

– Удивительно, – сказал Этиоль, словно не замечая перемены в настроении Симны, и доброжелательно улыбнулся. – Раньше ты все больше думал о сокровищах.

– Что толку сейчас о них думать! – Симна слегка повернул рычаг, ловя ветер. – Послушай, до сих пор ты меня за это не упрекал, разве что старался убедить, будто сокровищ не существует. А теперь, когда все идет из рук вон плохо, решил напомнить о них? Чтобы я с крючка не сорвался? Не думай, что я такой глупец, долговязый братец. Если бы я считал, что ты водишь меня за нос, я давно бы тебя бросил и дал деру.

Эхомба попытался пожать плечами, и по его телу пробежала легкая рябь.

– Ты прав, друг Симна. На самом деле нет никаких сокровищ. Это только уловка, с помощью которой я пытался заставить тебя мне помогать. Мне будет стыдно перед старейшинами нашей деревни. – Лишенная костей рука, трепеща, подползла к Симне. – Что ж, теперь уходи. Будь сам по себе, следуй своему предназначению. Я освобождаю тебя от всех обязательств.

– Не зли меня, братец! И не воображай, будто я не способен уйти! Вот прямо сейчас остановлю этот гроб на колесах и выйду. А за тобой пусть присматривают эти двое. Один из них – глупее не придумаешь, а другой рано или поздно в виде добровольной помощи тобой закусит.

– Ну, тогда давай. Останови повозку, Симна, и уходи, пока есть время.