Цель была почти решена — термитов-крестоносцев осталось не так много, и больше половины строений уцелело. Идея с привлечением мурлангов была, конечно, авантюрная. И, более того, могла сыграть на руку Ала — дескать, добрый и хороший комендант спас при помощи породистых насекомоядных скакунов из своего поместья. Но я поступил по-другому — нашёл в блокноте и «набрал» заранее записанный личный номер Полидеусеса. Старший брат Тизири отозвался неохотно.

— Что? Только быстро, прошу.

— Добрый день! Тут возникла одна проблема. Недопонимание, проблемы коммуникативного свойства. В общем, на проекте наблюдается стихийное бедствие…

— Да, Тизири говорила, при помощи насекомых.

— Короче, я её не так понял и попытался это всё остановить. Насекомых съели муравьеды.

— Что? — он нахмурился. — Очень плохо. Почему она тебе не сказала?

— Не знаю. Не захотела, может. А я перестраховался и решил всё прибрать. В общем, надо группу зачистки, или как там её правильно. Потому что я тут воспользовался мурлангами Улши Гебуца, а их, вроде как, не должны люди видеть. И их сейчас всех строем под гипнозом…

— Ох ты ж…

Связь мгновенно прервалась. Спустя пару секунд я заметил, как горожане стали медленно расходиться из сквера — группами, парами, пока, наконец, сквер не опустел полностью.

Я уже повёл Илонмаска обратно, к гостинице, когда прямо передо мной на тротуаре возникла Тизири. Мой мурланг споткнулся и остановился прямо в метре перед ней, словно ударившись о невидимую стену.

— Ты почему так со мной? Ты же просто обманул меня! А я тебе доверила стать отцом моего ребёнка! Что мне теперь с ребёнком делать?

Манипуляция была одновременно жёсткой, и, одновременно, старой как мир. В её глазах впервые почувствовались слёзы, но я пока не решался сказать себе — реальные они, или снова какая-то уловка. Я с трудом проявил жёсткость.

— Рожать, что ещё делать. У меня встречный вопрос. Я стажёр. Совсем из другого… мира, скажем так. Об меня вытирают ноги. Меня грубо использовали при первом же знакомстве. Давят авторитетом при каждом удобном случае. И я очень хочу быть мягче. Я готов, в общем… быть отцом, или как это называется. Но давай хотя бы с минимальным уважением ко мне, да?

Она сжала губы.

— Ты лезешь не в своё дело! Вмешиваешься в работу, это очень опасно. Понимаешь, у тебя нет стратегического мышления.

— А у тебя… ты уверена, что есть? — усмехнулся я. — Я пока не вижу.

— Да я… Ты хоть знаешь, кто подсказал решение разделить город?

— Дай угадаю — ты. Прочитала какие-нибудь древние свитки про разделение Берлина и Германии на зоны оккупации? Так?

— Хм.

Она отвернулась. Я спешился и отвёл Илонмаска в сторону — невидимая стена исчезло, и я понял, что диалог становится более адекватным.

— Только вот перенос-то стратегии совсем бездумный. Я плохой историк, я тут меньше недели нахожусь, но даже минимальная аналитика говорит, что проблемы будут всегда, и их будет много. Тут не один народ живёт, а сразу куча. Народ более развитый, чем в соседних государствах. Двурукие научились жить с четырёхрукими в мире. Это же уникальный кейс!

— Чего⁈ К чему ты чемодан приплёл?

— Ладно, прости, вырвалось. Я к тому, что не надо город было делить между победителями. И это очень стрёмно звучит, но передать город не вмешивавшемуся Гамунцу или, хотя бы, Шабуку целиком — это очень здравое решение!

— Что? — она отшатнулась от меня, как от прокажённого. — Ты заодно с кланом Грани?

— А мне плевать, кто озвучил эту мысль первой.