То, что он совершенно невиновен в этом преступлении, в свете того, что мы слышали, должно стать настолько ясно для вас, что любые слова, добавленные от меня, покажутся лишними. В большинстве подобных случаев свидетельские показания запутанны и противоречивы; здесь, однако, ход событий настолько ясен, настолько последователен, словно мы своими глазами видели развернувшуюся перед нами драму; как перед всевидящим оком Бога, мы едва ли смогли бы наблюдать более яркое или более точное зрелище тех ночных событий. Действительно, если бы смерть Дэниса Кэткарта была единственным событием той ночи, я бы рискнул сказать, что нет никаких сомнений в истинном положении вещей. Но в череде неслыханных совпадений нить истории Дэниса Кэткарта так переплелась со многими другими, что я рискну рассказать всю историю еще раз с начала, чтобы в путанице столь большого множества свидетелей какой-нибудь пункт не остался незамеченным.
Позвольте мне тогда возвратиться к началу. Вы слышали, что Дэнис Кэткарт родился в смешанном браке — от союза молодой и прекрасной южанки с англичанином на двадцать лет старше нее, властным, страстным и циничным. До восемнадцати лет он жил на континенте со своими родителями, путешествуя с места на место, видя гораздо больше, чем средний молодой француз его возраста, познавая кодекс любви в стране, где убийство на почве ревности понимается и прощается, поскольку с этим там никогда не будет покончено.
В возрасте восемнадцати лет происходит ужасная трагедия. За короткое время он теряет обоих родителей — свою красивую и обожаемую мать и своего отца, который, возможно, будь он жив, мог управлять страстной натурой, которой он дал жизнь. Но отец умирает, а два его последних распоряжения оказались в сложившейся ситуации пагубно опрометчивыми. Он оставил сына на попечении своей сестры, которую не видел много лет, с указанием, что мальчика следует отправить в университет, в котором он сам когда-то учился.
Милорды, вы видели мисс Лидию Кэткарт и слышали ее показания. Вы поймете, как честно и добросовестно, с христианским безразличием к себе, она выполняла порученную ей обязанность — и все же не сумела установить действительно хорошие отношения со своим молодым подопечным. Он, бедняга, в одночасье потерявший родителей, окунулся в Кембридже в общество молодых людей, воспитанных совершенно по-другому. Молодому человеку, с его космополитическим опытом, молодежь Кембриджа, с его спортивными состязаниями, театральными постановками и наивными философскими экскурсами по ночам, должно быть, казалась невероятно ребяческой. Вы все, исходя из воспоминаний о своей alma mater, можете восстановить жизнь Дэниса Кэткарта в Кембридже, с ее показной веселостью и внутренней пустотой.
Стремясь к дипломатической карьере, Кэткарт завел обширные знакомства среди сыновей богатых и влиятельных людей. С житейской точки зрения он преуспевал, и наследование значительного состояния в возрасте 21 года, казалось, открывало путь к очень большому успеху. Сдав выпускные экзамены и стряхнув академическую пыль Кембриджа со своих ног, он тут же перебрался во Францию, обосновался в Париже и начал постепенно делать карьеру в мире международной политики. Но тут в его жизнь входит человек, чье ужасное влияние должно было отнять у него благосостояние, честь и саму жизнь. Он влюбляется в молодую женщину того изящества, непреодолимого обаяния и красоты, которой славится австрийская столица. Он очарован, влюблен до беспамятства в Симону Вандераа. Заметьте, что в этом вопросе он следует строгому континентальному кодексу: полная преданность, полная свобода действий. Вы слышали, какую спокойную жизнь он вел, каким разумным он, казалось, был. У нас есть доказательство того, как разумно он пользовался своим банковским счетом, щедрыми чеками, выписанными на его имя и обналиченными в банкноты средней номинации, с регулярными значительными сбережениями квартал за кварталом. Жизнь заиграла всеми красками перед Дэнисом Кэткартом. Богатый, честолюбивый, обладающий красивой и обходительной возлюбленной — и весь мир открывался перед ним. |