Вип перешагнул через площадку трапа, ступая на стальную палубу, и сказал:

— К тому времени, как я досчитаю до трех, твоя задница должна быть на берегу, или тебе придется совершить длинный-длинный заплыв. — Затем он перешагнул через порог каюты, проговорил: — Раз... — и увидел Маркуса Шарпа, который, вскочив с места, стукнулся головой о верхнюю койку.

Шарп зевнул, потер голову, улыбнулся и сказал:

— Доброго утра, Вип...

— Вот это да, будь я проклят! — воскликнул Дарлинг. — Чему я обязан этим удовольствием?

— Я подумал, что, может быть, сегодня тебе потребуется помощь.

— Я рад паре дружеских рук, это точно, но что скажет по этому поводу Дядя Сэм?

— Дядя Сэм и послал меня... в некотором роде. Ученые по всей стране — по всему миру — пытаются подтолкнуть военно-морской флот организовать экспедицию для охоты на этого кальмара, но флот заявляет, что у него нет на это средств. Я думаю, дело в том, что флот не желает заниматься тем, о чем не имеет ни малейшего представления, и подвергать себя риску оказаться в смешном положении. Во всяком случае, они насели на Уиллингфорда, как будто от него ожидают, что он предоставит им какое-то чудодейственное средство. Когда я сказал ему, что мы выходим в море, он посчитал, что это произведет хорошее впечатление, если флот также примет участие в экспедиции, некоторым образом вывесит свой флаг — то есть меня. Предполагается, что мое присутствие создаст впечатление, будто Уиллингфорд действительно что-то предпринимает. — Шарп помолчал. — Я пытался позвонить. Я думал, что ты не будешь... Я надеюсь, что ты не возражаешь.

— Черт возьми, конечно нет. Но послушай, Маркус, я хочу, чтобы ты знал заранее, на что ты отправляешься. Эти люди...

— Я видел это животное, Вип. Или почти видел.

— Тогда о'кей. Ты прошел подготовку по подрывному делу, так?

— В течение года.

— Отлично. Это нам пригодится, — улыбнулся Дарлинг. — А тем временем первое, что нужно сделать, это сварить кофе.

— Для чего все это барахло? — спросил Дарлинг с крыла мостика, в то время как Шарп закреплял швартовы, — Хотите построить себе небоскреб?

Ни Тэлли, ни Мэннинг не ответили, и Дарлинг понял, что между ними сохранились натянутые отношения. «Интересно, — подумал он, — что еще они хотят? Они добились своего, и все должно бы быть замечательно».

Всего было выгружено двадцать два ящика, и их разместили на палубе под наблюдением Тэлли. Некоторые из ящиков ученый пожелал поместить в каюту, чтобы укрыть от непогоды, но большинство было уложено на корме.

Когда весь груз оказался на борту, Мэннинг вынул из кабины грузовика еще один длинный ящик. По тому, как американец нес его, Дарлинг понял, что ящик тяжелый, а старание Мэннинга не допустить, чтобы ящик обо что-нибудь ударился, указывало на то, что его содержимое представляет ценность.

— Что это? — спросил Дарлинг Мэннинга.

— Не имеет значения, — буркнул тот и скрылся в каюте. «Ах вот как? — сказал себе Дарлинг. — Ну, это мы еще посмотрим».

Фургон местной телевизионной станции выкатился из-за угла в конце проулка и остановился у края пристани. Из машины вышел журналист, за ним последовал оператор и бросился устанавливать свое оборудование.

— Капитан Дарлинг, — позвал журналист, — простите, можем ли мы поговорить с вами? Для Зет-би-эм.

— Нет, — ответил Дарлинг с крыла мостика.

— Только одну минутку. — Журналист оглянулся, чтобы убедиться, что оператор подготовился и начал снимать.