Тесса остановилась.

— Ты прав. Сейчас уехать нельзя.

Рикки вздохнул свободнее, но, к несчастью, оказалось, что обрадовался он преждевременно.

— А вещи я все равно соберу, — провозгласила Тесса, открывая дверь в свою комнату.

Она распахнула гардероб и вытащила чемодан — свой, старенький, а не один из тех дорогих, что купила для нее Эвелин. Даже будучи нетрезвой, Тесса совершенно четко соображала, какие вещи принадлежат ей по праву, а какие являются благотворительным — или великодушным — даром Стэффордов. Милостыня или щедрость, сейчас это не имело значения.

Тесса снимала с вешалок свою одежду и в беспорядке сваливала в чемодан. Рикки тут же молча вынимал ее и вновь вешал в шифоньер. Тесса, казалось, и не замечала его противодействия и не задумывалась, почему чемодан остается пустым, поэтому они продолжали мучить одежду, перекладывая ее из шкафа в чемодан и обратно.

— Зря ты все это затеяла. Бестолковое занятие и утомительное, — наконец сказал Рикки, молясь, чтобы Мэтт поскорее пришел и выручил его.

Спустя десять секунд Господь услышал Рикки, и ему оставалось только проклинать свою глупость. Как говорится в старой пословице: не буди лиха, пока оно тихо?

— Надеюсь, ты сможешь убедительно обосновать свое присутствие в спальне Тессы?

От тихого зловещего голоса брата у Рикки захолонуло сердце. Мэтт, все еще разъяренный перепалкой с отцом, был только рад, что есть на кого выплеснуть свой гнев. Сколь бы велико ни было искушение, на отца руку он никогда не поднимет, но Рикки — совсем иное дело, тем более что тот увивается вокруг Тессы.

— Он считает, что мне не следует выходить замуж за тебя, и предлагает убежать с ним, — радостно доложила Тесса.

Рикки, теперь уже испытывая настоящую боль в ногах, глухо застонал. Ну почему она запомнила именно эту его реплику?!

— Понятно… — ледяным тоном протянул Мэтт. — Значит, помогаешь ей паковать вещи?

— Конечно нет! — нервно воскликнул Рикки. — Я последовал за ней только для того, чтобы удержать ее в доме! А теперь, раз ты, слава Богу, здесь, сам с ней разбирайся!

— С удовольствием. — Мэтт распахнул дверь и отступил на шаг, предлагая брату покинуть комнату. Рикки, не дожидаясь повторного приглашения, шмыгнул в коридор. — Не испытывай судьбу, братишка, — предупредил Мэтт.

Терпение Рикки лопнуло.

— О ней бы лучше подумал! — огрызнулся он. — Несчастная лапочка… — Увидев, как зловеще сузились глаза Мэтта, он быстро поправился: — Бедная девочка все то время, что живет здесь, себя не помнит от ужаса, а ты, насколько я понял, отмахиваешься от ее страхов, принимая их за обычные галлюцинации. Ты заслуживаешь того, чтобы потерять ее.

— Возможно. Но я не намерен ее терять.

Мэтт захлопнул дверь перед носом брата и повернулся к Тессе. Та, утратив интерес к чемодану с вещами, сидела, скрестив ноги, на кровати. Она лениво прислушивалась к перепалке братьев и нещадно щурилась, пытаясь сфокусировать взгляд. Ей казалось, что у нее двоится в глазах. Мэтт и Рикки были под стать друг другу — рослые, широкоплечие, темноволосые и в одинаковых синих рубашках.

— Привет. — Она радостно улыбнулась Мэтту и попыталась встать, совершенно не сознавая, что сидит в позе лотоса, как йог.

Если бы не отменная реакция Мэтта, Тесса наверняка грохнулась бы на пол. Он подхватил ее и только тогда сообразил, в чем дело.

— Напилась, — вздохнул Мэтт.

— Только один бокал бренди.

— Угу. Одна бутылка.

Тесса хихикнула и качнулась к нему. И вдруг настроение ее резко изменилось, на глазах заблестели слезы.