Она звала его, и ее отчаянные крики разрывали ему сердце.

— <style name="50">По воле богов оба вы умрете за прегрешение вашей матери!

С этими словами его двоюродный брат вонзил кинжал в сердце Сиары.

Она неотрывно смотрела на Тейлона. В ее огромных, блестящих от слез глазах он видел боль, ужас...

И, страшнее всего, — разочарование.

Она верила в него. Всю жизнь верила, что брат не оставит ее в беде. Что бы ни случилось — он придет на помощь.

Воины отпустили ее, и Сиара рухнула наземь. Она была еще жива; она пыталась подняться.

— <style name="3">Спейрр! — простонала она дрожащим голосом, протягивая к нему окровавленную руку. И затем совсем по-детски: —<style name="3">Я не хочу умирать...

Так умерла Сиара.

Задыхаясь от ярости, он испустил свой боевой клич, а затем проклял их всех. Он призывал Морриган, богиню, которой посвятил свой меч, обрушить на них свой гнев. Но она его не слышала.

Лишь Артемида, богиня чуждого народа, откликнулась на его зов и дала ему возможность отомстить.

Последнее, что видел он по эту сторону смерти, было торжество на лице друида, занесшего над ним нож.

Тейлон несколько раз глубоко вздохнул, стремясь успокоить воспоминания. Все это — в далеком прошлом. Сейчас ему надо думать о Саншайн.

— Чтобы отомстить за смерть сестры, — ответил он спокойно, хотя внутри у него все бурлило. — За какой-то год я потерял почти всех, кого любил, — дядю и тетю, тебя и нашего сына. После твоей смерти меня охватило отчаяние. Каждая минута жизни была для меня мучением, и я продолжал жить лишь потому, что помнил: я нужен своему клану и Сиаре.

Когда друиды пришли ко мне и сказали, что по воле богов я должен принести в жертву свою жизнь, я принял это известие с облегчением. И, не раздумывая, позволил им зарезать меня на жертвенном алтаре.

Тейлон стиснул зубы, вновь вспоминая сестру в тот страшный день.

— Сиара плакала, но старалась держаться мужественно. Все шло, как было задумано, — но вдруг Меррдид, мой двоюродный брат, повернулся к ней и приказал воинам схватить ее. Он объявил: чтобы умилостивить богов, умереть должны мы оба.

— Это была правда?

— Нет. Правда заключалась в том, что он хотел стать королем, а мы с Сиарой были законными наследниками. Он хотел убрать со своего пути нас обоих. За свою собственную смерть я мстить бы не стал — я тяготился жизнью и хотел умереть. Но Сиара... Нет, этого я выдержать не мог.

Саншайн накрыла его руку своей.

— Милый мой, мне так жаль!

Он сжал ее руку — и поспешно смахнул с глаз слезы, вспомнив, что через какой-то час лишится и этого утешения.

— Что ж, они, в конце концов, тоже об этом пожалели.

— Что ты сделал?

Тейлон ответил не сразу. Воспоминания о той ночи обдали его яростью и ужасом: слишком хорошо он помнил, что мчался по деревне, словно обезумевший монстр, не щадя на своем пути никого и ничего.

Он думал только о своем предателе-брате.

О том, что этот ублюдок должен заплатить за все.

— Я шел по деревне, убивая всех, кто пытался встать между мной и убийцами Сиары. Женщины и дети в страхе разбегались. Живых мужчин в деревне не осталось. Наконец, я нашел Меррдида и отомстил ему, а потом спалил всю деревню дотла.

— И с тех пор ты служишь Артемиде?

Он кивнул.

— Ты ее видел?

— Лишь один раз, когда заключал с ней договор о своей душе. Она явилась ко мне в преддверии иного мира, там, где определяется судьба умерших.

— И с тех пор ты с ней не встречался?

Он покачал головой.

— Для богов мы нечисты.