|
Жанна смущенно спросила: - Вы хотите рассказать о действиях, которые предпринимают Физоли? - Физоли не имеют никакого значения. Месье Физоль позвонил мне сегодня утром в контору, чтобы потребовать от меня официально объявить об открытии наследства, и я ответил, что это уже сделано. - Все намного серьезнее, чем ты предполагаешь, Жанна. Луиза держалась спокойнее, значительнее, чем в прочие дни. Чувствовалось, что она сражена, но не хочет плыть по воле волн. - Мы будем вынуждены продать... - Продать дом? - Да, мадам, - прервал старик. - Дом со всем содержимым, винные склады и само торговое предприятие. И все равно дыра, которую нужно заткнуть, останется слишком большой, так что Робер Мартино, будь он жив, оказался бы лицом к лицу с серьезными трудностями. Я не собираюсь ни оправдывать его, ни осуждать; уже давно я ничего больше не жду от людей. Зная его так, как я его знал, я предвидел, когда он ушел от меня в субботу, какое решение он примет. - Вы думаете, это было самое легкое? Нотариус надменно промолчал. Во взгляде, которым он окидывал лежащую перед ним толстую женщину, надменности было не меньше. Какое-то время он покашливал, вытаскивая из кармана носовой платок, а затем произнес таким тоном, будто смысл слов был понятен только ему одному: - Я Знал его деда, я знал его отца, я знал его братьев и я знал его. Я знаю его детей. - Зачем он приходил к вам? - А зачем приходят вечером в субботу, после закрытия конторы? Жанна не знала, был ли он с Луизой внизу более человечным или многословным. Во всяком случае, их разговор длился очень долго. Должно быть, к этой второй встрече, на которую его вынудили пойти, он относился как к ненужной и расплачиваться за это заставил Жанну. - Я знаю, что моему брату были нужны деньги. В понедельник утром в кассе не было ни сантима. - Но в понедельник месье Сальнав принес мне деньги! - вскричала все вдруг понявшая Луиза и со смущенным видом уставилась на свою невестку. - В общем, - сказал нотариус, - потребность в деньгах, говорят, - это та потребность, которая, в крайнем случае, может быть удовлетворена. Достаточно перейти какую-то черту, какую-то цифру, определенное соотношение между тем, чего не хватает, и тем, что можно было бы получить; не знаю, как это называется, сами подберите слово, которое вам нравится. Бухгалтер ломает голову над мелкими суммами и ужасается, как ребенок. Он, впрочем, еще ребенок и есть; я вспоминаю его деда, когда он, торгуя овощами, ходил от дома к дому. Вы приехали в плохое время, мадмуазель Мартино, для вас, без сомнения, было бы лучше остаться там, где вы жили. Он специально нажал на слове "мадмуазель", а не назвал ее "мадам Лоэ", зная, очевидно, что она никогда не была замужем. Жанна вспомнила, что он был нотариусом и другом Франсуа Лоэ. - Я ждал только похорон, чтобы выполнить свои обязанности. Я толком не понимаю, зачем мадам Мартино настаивала на том, чтобы я поднялся сюда и повторил вам то, что сказал ей. - Что говорил вам Робер в субботу? - То, что всегда говорят в таком случае. Он очень упал духом, как обычно и бывает. Он не видел никакого выхода, и, логически рассуждая, выхода и не было, но он упрямо все-таки хотел найти его - с таким видом, будто я (поскольку я был его нотариусом, и особенно потому, что я был нотариусом его отца) могу сотворить чудо. |
