— Зачем? — машинально спросила та. Вопросу медведица очень обрадовалась: явно на него и был расчёт.

— Ну как же? В вашем возрасте, должно быть, очень тяжело самой двигать тяжёлые стулья. Старая Ойра, она меня единственная очаровательной крошкой до сих пор называет, еле ходит; вы с ней, должно быть, были подругами в юности? Вообще, вы очень похожи, как сёстры. Кай, а ты ведь позаботишься об Эжении? Ей будет неловко среди незнакомых людей, — всё тем же ласковым голосом беззаботно сообщила она.

Присутствующие старшие мужчины замерли с очень потешными выражениями лиц, в полном шоке уставившись на Расю. Занимавшиеся сервировкой стола девушки, переглянувшись, синхронно накрыли ладошками рты и поспешно отвернулись; видимо, чтобы не рассмеяться. Юноша, — наверное, это и был тот самый Эрт, — бросил весёлый взгляд в сторону Рассветы, с трудом спрятав улыбку в уголках губ. А я, пока Кай не успел очнуться и высказаться, поспешно подцепила его под локоть, тоже утягивая к столу.

— Да-да, обо мне непременно надо позаботиться! Ты же знаешь, какая я беспомощная и стеснительная, — скопировав выражение лица подруги, сообщила я, заталкивая всё ещё пребывающего в ступоре плетущего на место за столом.

— Рассвета, — с мрачной строгостью проговорил очнувшийся первым отец златовласки, сверля взглядом её спину. Мы к тому времени уже успели рассесться за столом, причём таким образом, что блондинка оказалась между нами с будущей альфой.

— Да, папочка! Что-то случилось? — безмятежно поинтересовалась та, бросив взгляд на подходящего к столу отца.

— Ты прекрасно знаешь, что случилось, — с лёгкой усмешкой проговорил он, присаживаясь напротив нас. — Прекрати немедленно.

— Я стараюсь быть вежливой с гостями и отвечаю любезностью на любезность, как ты учил, — отбрила та. Грат растерянно кашлянул, а усевшийся рядом с ним гость заливисто и очень заразительно рассмеялся.

— Ничего, растёт смена, палец в рот не клади. Получила по зубам, сестрёнка? — ехидно уточнил он. Блондинка обожгла его злым взглядом, но в этот раз догадалась промолчать.

Дальнейший ужин прошёл без потрясений. Гостья, которую звали Ялиса, молча ковырялась в тарелке, опасливо косясь то на меня, то на Рассвету. Кажется, она ожидала, что мы вот-вот начнём тыкать её вилками под скатертью или творить какие-нибудь другие гадости. Кай с другой стороны косился с подозрением, и вдвоём они имели все шансы прожечь в моей голове сквозную дыру и встретиться через неё взглядами. Но я держалась стойко, изображая воплощение безмятежного спокойствия.

Балагурил за столом в основном Давр, с удовольствием отвечая на наши с Расей вопросы. Оказалось, сам он ни к плетущим, ни к управлению городом никогда никакого отношения не имел, а был пекарем. С Гратом же оказался неплохо знаком благодаря матери Раси Веде, происходившей из Драговицы, жившей там по соседству с семьёй Давра и являвшейся его подругой детства.

К своей сестре мужчина относился довольно странно: насмешливо, и как будто с некоторой гадливостью. Но наглости подробно расспрашивать на эту тему за столом, да ещё в присутствии объекта обсуждения, нам не хватило. Что же это за женщина такая, если её родной брат так искренне недолюбливает? И что у них произошло с Каем?

Предположений на этот счёт у меня было много, но хотелось знать наверняка. И я очень надеялась, что прямолинейный жизнерадостный Давр поделится информацией; вряд ли он был в курсе подробностей, но хоть общее представление о тех событиях у него должно было быть!

Песец вместе с Орхом мне в данный момент явно благоволили: возможность поговорить наедине предоставилась почти сразу.

Первой из-за стола сбежала Ялиса, сославшись на усталость после долгой дороги, и почти сразу после этого какой-то пожилой мужчина увёл Грата.