— Случайно, не Кай? — следующий брошенный на меня взгляд был задумчиво-насмешливым.

— Да-да, вроде как-то так.

— А он-то сам в курсе? — насмешка уже не просто угадывалась, она отчётливо проступала в глазах и улыбке оборотня.

— Кто его спрашивать будет! — фыркнул папа. — Хотя, кажется, особенно не возражал…

— Папа! — прошипела я, чувствуя, что неудержимо краснею. Причём в данный момент — отнюдь не от смущения, а от злости. — Ты обещал не совать свой нос!

— А я и не сую, — безмятежно пожал плечами родитель. — Я же не спрашиваю, где вы всю ночь шлялись и почему домой только к рассвету вернулись.

— Если ты продолжишь вот так же «не совать нос», то свадьбы не будет ни в каком качестве! Потому что я загрызу собственного отца, а за это меня приговорят к казни!

Всё-таки, Ванлар Таюр — удивительное существо. Ко всему прочему, он ещё обладает потрясающим талантом выводить окружающих из себя. Мне кажется, папа — это единственный дракон (и не только) в моей жизни, кто способен так легко, буквально играючи, разозлить меня до непроизвольной частичной трансформации. Вот и сейчас слова приходилось шипеть сквозь заострившиеся зубы, чтобы случайно не прикусить свой же собственный язык.

— Не приговорят, — с той же безмятежностью в голосе и снисходительной усмешкой сообщил он. — К беременной женщине в состоянии аффекта суд будет более чем снисходителен!

Я поперхнулась воздухом и задохнулась от возмущения, ощущая, что у меня уже не только зубы, но и когти прорезались, и даже пламя в груди как будто клокочет, готовое пролиться.

— Беременной? — заинтересованно уточнил альфа, чем окончательно меня добил.

— Я тебе сейчас покажу аффект! — прошипела я.

А Ванлар Таюр, грозный и легендарный Таюр, прямой потомок самого Дракона, один из старейших живых драконов, да ещё в придачу отец троих детей начиная с меня, мерзко захихикал в ответ и дал дёру.

Я, естественно, припустила за ним, несколько отставая на поворотах: часть внимания приходилось тратить на то, чтобы сдерживаться от полной трансформации. Дракон на земле — это довольно неуклюжая и неповоротливая ящерица, категорически не способная маневрировать в узких коридорах.

Нас всех троих воспитывала мама. Или правильнее будет сказать — четверых, включая отца? Достигнув более-менее сознательного возраста, я начала задаваться вопросом: как же мою великолепную, мудрую, рассудительную маму, весьма уважаемую не только её кланом, но и всем драконьим обществом, угораздило связать свою жизнь с нашим папой? Нет, я его тоже всегда очень любила, и он нас любил, и с огромным удовольствием проводил с нами время, и возился с нами, но был нам скорее братом. Сначала мне казалось, что старшим братом, а теперь — безнадёжно младшим. Не способный повзрослеть ребёнок, наделённый чудовищной силой.

Когда я набралась наглости и задала этот вопрос маме, она только иронично улыбнулась и ответила, что сердцу не прикажешь, а Аля ей по неведомой причине понравился с первого взгляда. А почему её отпустили за этого психа, и вообще спрашивали её мнения… Да кто бы попробовал перечить Таюру!

Мама, кстати, была одной из немногих дракониц в известной мне истории Тарккура, которую не просто не выдали замуж по достижении определённого возраста, но и потом отчаянно не хотели отпускать. Мамин клан довольно небольшой, поэтому подобрать ей супруга из своих было невозможно, а для того, чтобы отпустить её в другой клан, она была слишком ценна. Гениальный мастер Зеркал с вызывающим трепет потенциалом — такая она была в ранней юности. А сейчас мама является одним из ведущих специалистов и одной из Круга — совета сильнейших магов, созданного не управлять драконами, а оберегать народ от всевозможных опасностей вроде землетрясений и извержений вулканов.