— Оно зарегистрировано?

— Разумеется, оно зарегистрировано, я законопослушный гражданин.

— Какое у вас оружие?

— Магнум сорок четвертого калибра.

— Мощный пистолет.

— Достаточно мощный, чтобы отстрелить человеку голову, — перефразировал Кэл слова Клинта Иствуда из «Грязного Гарри», глядя Джону прямо в глаза. — Поверьте, шериф, если бы Фиону застрелили из сорок четвертого калибра, у нее бы вообще ничего от лица не осталось.

— Довольно хладнокровное утверждение для человека, который только что потерял жену.

— А вы ждали, что я буду рыдать, как баба?

— Где вы храните пистолет, Кэл?

— В ночной тумбочке рядом со своей кроватью.

— Вы не будете возражать, если мы взглянем на него?

— Да я не сомневаюсь, что вы уже выбили ордер на обыск, — ответил Кэл, пожимая плечами. — Вы сами прекрасно знаете, что впустую теряете время. И знаете также, что мы имеем дело с серийным убийцей.

— Почему вы думаете, что это серийный убийца?

— Да для этого не надо быть семи пядей во лбу. Он уже убил двух женщин, если не больше.

Джон наклонился над столом, оперевшись на локти и переплетя пальцы рук.

— А почему вы думаете, что он убил еще кого-то?

— Я сказал: «Если не больше». Это же психопат, шериф. Вы действительно считаете, что он остановится на двух жертвах?

— Почему вы думаете, что Лиану Мартин и вашу жену убил один и тот же человек?

— Да не знаю я, а предполагаю. Обе женщины пропали, а через несколько дней их находят с изуродованными лицами. Можете называть меня сумасшедшим, но мне почему-то не кажется, что это простое совпадение.

— Мне тоже. Хотя это может быть и имитацией.

— Может быть.

— Всегда жалел имитаторов, — сказал Джон, надеясь спровоцировать подозреваемого. — По-моему, это говорит о полном отсутствии воображения, вам так не кажется?

— Хватит мне очки втирать, шериф! Мы оба знаем, что вы думаете, будто это я убил жену. Вы же хотите спросить, не представил ли я все так, чтобы это выглядело, будто ее убил тот же парень, который укокошил девчонку Мартин? Так?

— Так не представили?

— Я не убивал ее, придурок.

Джон почувствовал, как напряглось его тело. Он крепко сжал кулаки, боясь сорваться. И инстинктивно почувствовал, как то же самое сделал Ричард Стайл по ту сторону зеркала.

— Черт! Я всех на уши поднял, как только Фиона пропала, — продолжал Кэл. — Под арест попал, мать твою! Надо уж быть совсем дураком…

— Или слишком умным, — вставил Джон.

— Вы слишком высокого обо мне мнения, шериф. Вы считаете, что я все это подстроил?

— Возможно.

— Значит, либо я начисто лишен воображения, либо у меня его куры не клюют, — рассмеялся Кэл. — Вы уж определитесь как-нибудь.

— Всем будет проще, если вы расскажете мне, что произошло между вами.

— Вы хотите, чтобы я делал за вас вашу работу?

— Я хочу, чтобы вы наконец-то рассказали правду.

— Да-а? Правда заключается в том, что моя жена убита. Правда заключается в том, что, если бы вы не были таким самоуверенным ослом, не возомнили, что она сбежала от меня, и еще вчера прочесали бы район, чего я и хотел сделать, если бы вы не посадили меня в тюрьму, то, возможно, мы отыскали бы ее прежде, чем она оказалась лежащей в поле с изуродованным лицом. Вот это — правда, шериф.