Так было и так должно остаться.

Мисс Финиан сделала снимки и удалилась.

А Тайкс достал из кармана блокнот и карандаш и приступил к делу. Где я родился? Какое влияние оказали деньги моего отца на мое развитие в детские годы? Когда я начал сочинять музыку для прутиков и камешков? По его ироничным улыбкам и провокационным вопросам я догадался, что он собирается написать одну из глупых статеек, полных намеков и насмешек. Ну что ж, по крайней мере, — он действительно журналист и интервью проводит с профессиональной сноровкой. Он ничем не отличается от уже знакомых мне рядовых, посредственных щелкоперов, и наверняка был тем, за кого себя выдавал. Позже, когда он ушел, я позвонил на всякий случай в редакцию «Взгляда» и навел о нем справки. Да, он действительно был сотрудников редакции.

Трудно передать, что пережил я за прошедшие полчаса в этом проклятом номере.

— А ваши родственники — единственное в округе семейство с такой фамилией? — расспрашивал я его.

— Да, скорее всего. Наши предки поселились там еще в 1635 году. Первый Тайкс прибыл из Англии, из графства Эссекс и получил участок земли…

— Это очень интересно… — я старался прийти в себя и судорожно снимал подлокотник кресла. — А этот Честер Тайкс, библиотекарь, не увлекается ли он в свободное время ловлей устриц? Не является ли он случайно заядлым рыбаком?

— Ничего подобного! Господь с вами… — он так расхохотался, что у меня дрожь пробежала по телу. — Честер? Дорогой мой, да он ни разу в жизни не ступал на борт судна. Он терпеть не может воды. А почему вы об этом спрашиваете?

— Просто так, — тихо ответил я и попытался улыбнуться. — Мне показалось, что я слышал это имя в несколько ином контексте. Честер Тайкс. Рыбак Честер Тайкс. И у него был брат, которого звали Ван. А еще они имели очень красивую яхту, иол. Голубой иол под названием «Морской гном»…

Я смотрел на него с несчастной улыбкой, еще надеясь на какое-то спасение.

— Нет, это наверное не они, — мистер Тайкс почесал свою веснушчатую лысину. — Об этих я никогда не слыхал. Однако что-то здесь не так. Вы говорите, голубой иол? «Морской гном»? Странно. Я иногда пишу о парусниках для спортивной рубрики, но о такой яхте ничего не слышал. Да еще чтобы ее владельца звали Честер Тайкс…

Я проглатывал комья в горле, запинался, бормотал себе под нос, что я, вероятно, что-то перепутал, и так далее… а сам все глубже и глубже падал в бездну. Проваливался в бездну отчаяния.

Тайкс что-то говорил, быстро и многословно, но я не запомнил ни одного слова. Я смотрел на кончик его сигареты, на котором медленно нарастал пепел. Наконец, почти в последний момент, Тайкс осторожно вынул сигарету из бледных губ и загасил в хрустальной пепельнице.

У него были бесцветные, на выкате, глаза, похожие на яйца вкрутую, очищенные от скорлупы. Он смотрел на меня, а я испытывал огромное желание схватить его за горло и душить до тех пор, пока эти круглые глазки не выкатятся из глазниц. Мне хотелось швырнуть его на пол и топтать ногами. Еще охотнее я выбросил бы его в окно, под колеса проезжающих автомобилей.

— А может вы знаете некоего Маннеринга? — спросил я.

— Гая Маннеринга? Ну конечно. Это мой старый приятель. А вы с ним не знакомы? Вы могли бы стать членом его клуба шарадистов. Это прекрасное развлечение в долгие зимние вечера… Он, несомненно, был бы счастлив, если бы вы захотели к ним присоединиться… Поговорите об этом с моей кузиной Нетти, и она вам все устроит.