Опять долгая пауза.

— И сегодня по телефону?

Очередная пауза была еще длиннее, наконец он заговорил:

— Нет, нет. Я вас не критикую. Он — трудный человек, но вы с ним должны справиться. Когда вы снова его увидите?

Почти сразу же Альварец воскликнул:

— Если он вернется назад? Что вы имеете в виду? Как это «если он вернется назад»? Он не может уехать из Сент Элбанса. Но когда? Каким образом?

Он ждал ответа.

— В полночь! Почему вы мне не сказали? Пресвятая Богородица, это же через пять минут… Я не могу… Обождите минутку у телефона.

Мускулы Шейна напряглись.

В комнате Альварец медленно говорил:

— Позвоните в аэропорт. Пусть они позовут к телефону Слейтера. Настаивайте на том, что вам нужно с ним поговорить, не позволяйте им от вас отделаться. Скажите ему, что он должен немедленно вернуться к вам. Вы ранены. Нет, нет. Этого недостаточно. Его жена с ним не едет?

Шейн наливал себе коньяк, пока Альварец выслушивал ответ.

— Хорошо, хорошо, — уже более уверенно заговорил тот. — Если они поссорились, она не поедет в аэропорт его провожать. Что вы скажете, если этот злодей сеньор Альварец запустит когти в невинную блондинку Марту Слейтер, не поспешит ли Пол ей на выручку? Не отвечайте. Возможно, он просто засмеется, но все же надо попытаться. Вы говорите, он чувствует себя страшно виноватым из-за этих встреч с вами? А теперь у него усилятся угрызения совести из-за ссоры. Да, надеюсь, что я сумею зацапать Пола Слейтера, и он пожалеет, что ударил Луиса Альвареца гаечным ключом… Что? Мне безразлично, верите вы этому или нет. Если бы у вас так болела голова, как у меня, вы бы не то запели. Кладите трубку…

Шейн слышал, как тот снова связывается с телефонисткой. Судя по звукам, он торопливо что-то листал, наконец, назвал номер. Через минуту он заговорил, и голос звучал требовательно и настойчиво:

— Хэлло, хэлло. Говорят из полицейского управления. Слушайте меня внимательно. В полночь в США отлетает самолет. Я не знаю компанию или имя пилота. На нем летит американец по имени Слейтер. С-л-е-й-т-е-р. Я должен с ним немедленно поговорить. Немедленно. На карту поставлена жизнь.

Можно было понять, что ему возражали, но Альварец начальственно поднял голос и подавил сопротивление.

— Это непредвиденный случай, крайняя необходимость. Наплевать на все ваши правила и постановления. Ему нельзя улететь. Вы поняли? Прекрасно.

Он постучал пальцами по спинке кровати и крикнул:

— Шейн! Есть еще коньяк?

Шейн поднялся, продемонстрировав пустую бутылку.

— Хотите моего?

— Нет, нет.

И в трубку:

— Он идет? Олл-райт, да. Я жду.

Он наклонился над трубкой, губы у него оттянулись назад, на лице появилось злобное выражение. Почувствовав на себе взгляд детектива, он поднял голову, и Шейну пришлось вернуться к коньяку.

— Это не полиция. Нет, это твой старый приятель и бывший партнер по бизнесу, Пол, — заговорил Альварец ровным голосом. — Я говорю бывший, потому что после сегодняшнего вечера мне почему-то кажется, что наши деловые связи закончились. Как получилось, что ты не соизволил предупредить меня о своем отъезде? Сожалею, но вынужден его отменить.