Тогда Марта вернулась на третий этаж и подала дежурному клерку настойчивый сигнал. И снова тишина.

Она прошептала Шейну:

— Должно быть, он спит.

Они спустились в вестибюль по лестнице. Марта осторожно посмотрела за угол. Затем, оглянувшись на Шейна, нарисовала в воздухе схему пути. Он прошел следом за ней, бросив на ходу сердитый взгляд на клерка — старика-туземца, откинувшегося на спинку стула с закрытыми глазами и широко открытым ртом.

Марта открыла дверь в подвал и жестом руки предложила ему идти вперед.

Когда дверь закрылась, они оказались в кромешной темноте. Шейн почувствовал ее руку у себя на плече. Он же держался за перила, второй рукой проверяя, нет ли впереди препятствий.

Они спускались вниз очень медленно, нащупывая каждую ступеньку. Оказавшись внизу, он шепнул:

— Я хочу зажечь спичку. Иначе мы непременно на что-то наткнемся и поднимем шум. А это нежелательно.

Когда спичка вспыхнула, они смелее двинулись вперед, держась за руки. Впрочем, проход был прямым, так что они сделали несколько шагов в темноте, прежде чем зажечь следующую спичку. С ее помощью они добрались до дверей в прачечную. Сбросив паутину с лица, Шейн пошел дальше. Третья спичка еще не сгорела, когда они достигли наружной двери. Он распахнул ее.

Руки Марты сжали его предплечье.

— Спасибо, Майкл, — сказала она, почти касаясь его щеки губами, — за все.

Она первой вышла наружу. На мгновение он увидел ее стройную фигуру на фоне неба.

Он шагнул следом за ней. Слепящий свет ударил ему в глаза. Голос произнес:

— Стойте, Шейн!

Что-то пронзило его левую руку.

Одновременно с окриком на его ребра обрушился сильнейший удар. Волна нестерпимой боли захлестнула сознание Майкла.

Глава 8

Он почувствовал, что перед ним что-то движется. Луч фонарика описал дугу и прошелся по лицу Марты. Затем человек обошел Марту со спины и отобрал у нее маленький автоматический пистолет. Человек был невысокий, черноволосый, с искривленным ртом. Шейн поднял руку и посмотрел на тяжелый пистолет, прижатый к ребрам. Медленно повернувшись, он посмотрел через плечо на Эла, кряжистого бармена из ночного клуба Верблюда. У него были по-прежнему свисавшие книзу усы, но на голове больше не было платка, а в ухе серьги. Оказывается, он был совершенно лысым.

— Все в порядке, — сказал Эл. — Вы вели себя осмотрительно. Не двигайтесь еще минуту, сейчас придет босс. Свистни, Жозе.

Он ощупал тело Шейна, ища оружие. Коротышка что-то быстро говорил по-испански. Он притворно замахнулся на Марту тяжелым фонариком, и та отступила к стене. Он засмеялся, обнажив зубы. Потом он ткнул фонариком в глаза Шейну и очень больно ударил детектива под правую коленку. Шейн стиснул зубы, Жозе идиотски захохотал.

— Вели ему подальше держаться от меня, — холодно произнес Шейн, — или же вам придется застрелить меня. А Верблюду это не понравится.

— Сукин сын не понимает по-английски, — ответил Эл, — Жозе, отойди вон туда, черт бы тебя побрал, или я переломлю тебя на две половины.

Тот яростно огрызнулся испанской тирадой. Эл засвистел, издав весьма слабый звук. Жозе презрительно скривился, сунул два пальца в рот и издал оглушительный свист. Затем снова стал приплясывать около Шейна. Хитро поглядывая на Эла, он отвел назад ногу как бы для нового пинка. Шейн не спускал с него глаз, у него сами собой стали загибаться пальцы.