За столиком сидел Смотритель. Он был одет в свой неизменный спортивный костюм, вид имел вполне даже довольный. Старик с наслаждением потягивал чай из кружки-бочонка.

Но дело даже не в этом. Рядом со Смотрителем, на небольшом пенечке, устроился подросток. Лет шестнадцати, худой, с остреньким, как у лисенка, лицом и взъерошенными темными волосами. На пацаненке была заношенная куртка и джинсы, а взгляд его светился дерзким любопытством.

— О, а вот и наша доблестная милиция! — приветственно поднял кружку Смотритель. — Присоединяйся к скромному чаепитию. Ночь, как назло, выдалась прохладная.

Я подошел ближе, кивнул Смотрителю, а затем с любопытством принялся разглядывать его партнера по вечерним посиделкам. Подросток оскалился в ухмылке, и мне показалось, что его зубы выглядят как-то слишком уж остро.

— Не поздновато для детских прогулок? — Спросил я, в большей мере деда.

При этом посмотрел на старика очень выразительно. Мол, ты, конечно, не совсем нечисть, но не странно ли это, сидеть на кладбище, распивать чаи со смертными? Как ни крути, но попахивает если не нарушением договора, то возможными проблемами точно.

Я бы, например, на месте пацана задался бы вопросом, что это за мутный дед обитает на погосте. Да еще устраивает тут вечеринки в семейном стиле.

— Это Васька, — представил парня Смотритель. Он мой взгляд понял правильно и решил, видимо, сразу пояснить ситуацию. — Местный… Да ты глазами-то не вращай, инквизитор. Не пугай. Мы пуганные. Васька из наших. Ему можно. Кстати, Василий, познакомиться. Перед тобой стоит закон и порядок нашего города. Вернее, особых его жителей.

— Добрый вечер. — Кивнул подросток, а потом с вызовом заявил. — Оборотень я. Ну, почти. Пока еще учусь. Но уже могу… Вот!

Пацан вскочил с пенька и для начала задрал руки, словно собираясь помолиться небесным светилам, а потом, «хекнув», согнулся пополам и уперся лбом в землю.

— О! — оживился дед. — Смотри, сейчас оборачиваться будет. У него не особо пока получается. Молод еще. Эй, Васька, тебе бы посильнее разбежаться. Сколько раз собрался кувыркнуться? Если траекторию не рассчитаешь, лбом в какое-нибудь дерево врежешься. Тебе прямо от калитки надо было начинать.

Василий, игнорируя сарказм деда, кувыркнулся вперед. В итоге — ничего не произошло. Васька с недовольным сопением снова вскочил на ноги, затем опять принялся исполнять свои поклоны, которые закончились очередным безрезультатным кувырком. И так раз восемь.

— Нет. Не от калитки. С соседней улицы надо было начать, — захихикал Смотритель, снова берясь за чашку.

В этот момент Васька закончил свои упражнения — на последнем кувырке, шумно и как-то даже хулиганисто ударившись лбом о дерево. От удара его отбросило назад. Я, если честно, не понял — это считалось уже завершением девятого кувырка или началом первого назад?

Вселенная, видимо, задумалась о том же самом, потому что целую минуту с Васькой не происходило ничего. Он полежал, раскинув руки, потом открыл глаза, понял, что жив, здоров, не убился, только опозорился, и решив, что пора кончать балаган, перевернулся на живот. Вот тут-то пацан с громким хлопком и потерял человеческий облик.

Я от внезапности такого поворота событий чуть не присел прямо на землю. Вот — передо мной стоял обычный парнишка. А теперь — молодой, но достаточно крепкий волк.

— Охренеть… — Вырвалось у меня против воли. Честно говоря, вампиров, бесов и деда Смотрителя я как-то спокойнее принял. Но тут… Своими глазами увидеть, как обычный пацан превратился в хищное животное — так и крыша может поехать.