Экран погас, затем по нему пошли вихри из цветных пикселей. Послышались оглушительные фанфары – не трубы, а какой-то электронный эквивалент, – и на экране появились ворота храма с вырезанным на них огромным лицом ацтека. Алекс сразу увидел, что графика на «Геймслеере» лучше, чем на любой другой приставке или компьютере, но через мгновение зрители ахнули от неожиданности, и Алекс понял почему. На экран вышел мальчик и встал перед воротами, ожидая его команды. Этим мальчиком был Омни, но он изменился. Он был одет в ту же одежду, что и Алекс. Он выглядел как Алекс. Более того, он был Алексом – вплоть до карих глаз и свисающих прядей волос.

Зал взорвался аплодисментами. Алекс видел, как журналисты что-то поспешно пишут в блокнотах и говорят по мобильным телефонам, надеясь первыми сообщить невероятную новость. О еде и шампанском все забыли. Приставка Крэя создала аватар – его электронного двойника. Любой геймер теперь может не просто играть, но и стать частью игры. Алекс понял, что эта технология обеспечит приставке невероятные продажи по всему миру. Крэй заработает миллионы.

А двадцать процентов от этих миллионов пойдут на благотворительность, напомнил он себе.

Неужели этот человек действительно его враг?

Крэй дождался, пока стихнет шум, и повернулся к Алексу.

– Пора играть, – сказал он.

Алекс сел у телевизора, который поставили на сцене техники, взял джойстик и большим пальцем левой руки нажал на стрелку. На мониторе перед ним и на огромном плазменном экране другой он шагнул вправо. Алекс остановился и повернул другого себя в противоположную сторону. Контроллер оказался на удивление чувствительным. Алекс почувствовал себя ацтекским богом, полностью контролирующим своё смертное воплощение.

– Не огорчайся, если в первый раз тебя убьют, – сказал Крэй. – Эта приставка быстрее, чем любая другая на рынке, и тебе наверняка придётся к ней какое-то время привыкать. Но мы все на твоей стороне, Алекс. Итак… давай поиграем в «Пернатого змея»! Посмотрим, как далеко ты сумеешь пройти!

Ворота храма открылись.

Алекс нажал стрелку вверх, и его аватар на экране пошёл вперёд. Он оказался в первой локации – инопланетной, странной, великолепно прорисованной. В архитектуре и убранстве храма слились воедино примитивное искусство и научная фантастика – высоченные колонны, горящие сигнальные огни, сложные иероглифы, приземистые ацтекские статуи. Но пол был серебряным, а не каменным. Храм окружали странные металлические лестницы и коридоры. За зарешеченными окнами горели электрические лампы. Камеры наблюдения отслеживали каждое его движение.

– В первом зале ты должен найти оружие двух видов, – подсказал Крэй, заглянув через плечо Алексу. – Оно тебе понадобится позже.

Первый зал оказался огромным. На витражных окнах были изображения кругов на полях и парящих в небе космических кораблей; звучала зловещая органная музыка. Первое оружие Алекс нашёл довольно легко: меч висел прямо на стене. Но вскоре он понял, что в зале повсюду ловушки. Пока он забирался на стену, часть её обвалилась, а когда протянул руку за мечом, откуда-то вдруг вылетел снаряд – двойной бумеранг с острыми как бритва лезвиями. Быстро-быстро крутясь, он понёсся в сторону аватара. Алекс понял, что если бумеранг в него попадёт, то разрежет напополам.

Он резко надавил на кнопку «вниз» на джойстике, и его миниатюрное воплощение присело на колени. Бумеранг пролетел мимо, но в последний момент задел лезвием руку аватара. Зрители ахнули. На рукаве миниатюрной фигурки появилась маленькая струйка крови, а его лицо – лицо Алекса – исказилось от боли. Всё выглядело настолько реалистично, что Алекс даже невольно взглянул на свою настоящую руку.