Внутри самолёта послышалась стрельба. Крэй, похоже, приказал вообще не брать пленных. Любого, кто встанет у него на пути, он готов прикончить – без колебаний, безжалостно.

Крэй встал рядом с Алексом.

– Добро пожаловать в VIP-зону, – сказал он. – Возможно, тебе интересно будет знать, что так называют всю эту территорию аэропорта. – Он показал на здание из стали и стекла с другой стороны самолёта: – Вот куда они все выходят. Президенты, премьер-министры… Я на самом деле пару раз там был. Все удобства – и никаких очередей на паспортный контроль!

– Отпустите нас, – сказал Алекс. – Мы вам не нужны.

– Вы хотите, чтобы я убил вас прямо сейчас, а не потом?

Сабина посмотрела на Алекса, но ничего не сказала.

Из двери самолёта высунулся Ясен и показал условный жест. Борт номер один захвачен. Внутри не осталось никого, кто может сопротивляться. Мимо него прошли люди Крэя и спустились по лестнице. Один из них был ранен – рукав костюма пропитан кровью. Значит, кто-то всё-таки пытался их остановить!

– Полагаю, мы можем взойти на борт, – сказал Крэй.

Уже все его люди были переодеты американскими солдатами; они встали полукругом вокруг трапа, готовые отразить контратаку. Хенрик уже поднялся наверх, за ним прошли Алекс и Сабина. Последним шёл Крэй, крепко держа в руке пистолет. Значит, на самолёте их будет всего пятеро. Алекс отложил эту информацию куда-то в дальний угол памяти. По крайней мере, их шансы немного возрастают.

Сабина шла на негнущихся ногах, словно загипнотизированная. Алекс знал, каково ей сейчас. Он и сам едва мог подниматься по ступенькам, предназначенным для самого могущественного человека на планете, – ноги отказывались подчиняться. Когда впереди показалась дверь (на ней тоже был нарисован орёл), из неё высунулся Ясен, тащивший тело, одетое в синие брюки и голубой пиджак: один из стюардов. Очередной невинный человек, которого принесли в жертву безумной мечте Крэя.

Алекс вошёл в самолёт.

Борт номер один не был похож ни на один другой самолёт в мире. Никаких тесных рядов сидений, никакого экономкласса – вообще ничего, что напоминало бы о том, что это обычный широкофюзеляжный самолёт. Он был переделан специально для президента и его подчинённых; на трёх этажах располагались кабинеты и спальни, конференц-зал и кухня… общая площадь комнат составляла четыре тысячи квадратных футов. Где-то внутри был даже операционный стол, но им ни разу не пользовались. Алекс оказался в большом жилом помещении. Всё было приспособлено для максимального комфорта: толстый ковёр, низкие диваны и кресла, столы со старомодными электрическими лампами. В декоре преобладали бежевый и коричневый цвета, струился мягкий свет десятков ламп, вделанных в потолок. Вдоль одного борта шёл длинный коридор, от которого ответвлялись шикарно обставленные кабинеты и зоны отдыха. В самом коридоре кое-где стояли диваны и столы. На окнах висели светло-коричневые занавески.

Ясен унёс тела, но на ковре всё равно осталось пятно крови – до ужаса хорошо заметное. В этом самолёте всегда убирались до тех пор, пока он не начинал блестеть от чистоты. У одной из стен стояла тележка на колёсиках; на ней Алекс заметил блестящие хрустальные бокалы с гравировкой: надпись «БОРТ НОМЕР ОДИН» и изображение самолёта. На нижней полке тележки стояло несколько бутылок: редкий солодовый виски и вина большой выдержки. Обслуживание с улыбкой, ага. Летать на этом самолёте – привилегия, доступная лишь очень малой горстке людей, и их окружает невиданная роскошь.