Вскоре придут и новые заботы. Те, что умирают в Срединном Мире, перестанут проявляться в Актарсисе, от чего мир придет в совершеннейший упадок. Начнутся стихийные бедствия, болезни и всевозможные напасти, но проблема окажется разрешенной, едва в Срединный Мир пошлют наиболее пронырливых астеров, которые организуют там Орден — инструмент борьбы с силами Зла.

Сами астеры, безусловно, будут считать себя воплощением Добра, о чем и попытаются рассказать во многих легендах и мифах Срединного Мира, и даже в священных писаниях. Своими действиями они смогут установить относительное равновесие между Добром и Злом в Срединном Мире, и такое положение дел до поры до времени удовлетворит всех. Ведь выяснится, что Актарсис страдает не только когда умершие перестают поступать в него, а стекают в Яугон, но и в обратном случае. Когда приток душ становится слишком плотным, вновь наступает время катаклизмов и болезней. Несколько раз убедившись в негативности этого влияния, архангелы, создадут и заключат в Икстриллиум Источник, в который будут принудительно помещать вновь прибывающие души, лишая их телесной составляющей, оставляя лишь разум и чувства. Такое вмешательство покажется архангелам разумным.

Много битв пройду я, много получу ранений от существ Тьмы, с каждым разом становящихся все сильнее и хитрее. В таких битвах я буду сражаться плечом к плечу со своим другом, встреченным еще в незапамятные времена, до закладки Икстриллиума. Звать друга будут Игнатом. Веселый, общительный астер, единственный, пожалуй, из числа тех довольных реинкарнацией, с которыми я найду общий язык. Вместе с Игнатом я заложу первый камень крепости, вместе с ним воздвигну на самой высокой башне знамя Актарсиса, вместе же с ним стану первым архангелом и первым Светлейшим. Мы будем не разлей вода, пока…

Со временем Икстриллиум разрастется до таких размеров, что его стены подопрут небо. Он же, бедняга, заблудший во временах и воспоминаниях, опять примется мечтать о том утраченном некогда ощущении свободы, вновь возжелает испытать его раз и навсегда, захочет уйти изо всех миров, чтобы никогда более не воскреснуть ни в одном из них. Иногда он даже будет специально подставлять свою голову под топоры демонов, но в последний момент обязательно возопит гордость: для воина неприемлемо использовать вражью агрессию в корыстных целях, пусть даже той корыстью является всего лишь попытка свести счеты с жизнью. Он отчаянно сразится с самыми сильными демонами Яугона и одержит верх. А смерть не будет ждать его на этом поприще, на поприще баталий и войн.

Жажда свободы, она воистину непреодолима! Нет иного желания, иного стремления, иной мечты! И я не знаю, почему…

Сила поверженных мною врагов не исчезнет бесследно, но вольется в меня целиком и полностью. Однажды, после одной из особенно кровавых битв, я почувствую, что мне стали доступны некоторые тайны мироздания. Я почувствую себя будто бы прозревшим, проснувшимся от долгой спячки, открою глаза и взгляну на мир по-иному. Я обрету силу, которую, впрочем, имел всегда, во все времена и во всех мирах. Ведь я живу в замкнутом времени, не спирали даже — кольце. Или мне это лишь кажется? Впрочем, я совершенно точно знаю, что обрету ту силу и те знания, которые суждено мне обрести, но притом я УЖЕ чувствую в себе их, будто прожил те моменты своей личной истории…

Я узнаю, что смерть, которой все время так жажду, придет лишь в том случае, если нарушится великий баланс сил Добра и Зла. И посвящу свою дальнейшую жизнь осуществлению грандиозного плана…

…Но как не будет он биться с демонами, не сможет истребить их всех. И тогда он решит разрушить Икстриллиум, оплот Актарсиса, самолично созданный, без которого мир падет под натиском демонической армии.

При строительстве крепости он и Игнат создадут тайный механизм, о котором будет впредь известно лишь им двоим. Ключ к механизму расположен в самом глубоком подвале крепости, в неприступной комнате, и если повернуть сей ключ, крепость разрушится.