Но Рэйвен вовсе не была уверена в своей неотрази­мости и отправилась в каюту Шарля, как на казнь. Пос­тучав и не получив ответа, она открыла дверь, вошла и увидела со вкусом накрытый стол, залитый светом ламп. Рэйвен осмотрелась. Здесь каждый предмет был ей до­рог, невольно напоминая о хозяине. Вот кровать, на кото­рой Шарль так страстно любил ее. А вот и сидячая ванна, все так же спрятанная за роскошной ширмой.

Но вряд ли Шарль, авантюрист и контрабандист, ста­нет терпеть путающуюся под ногами женщину! Она про­сто пыталась обмануть себя… Вот даже задумала этим нарядом вновь привлечь к себе его внимание, поверив сло­вам Дмитрия, потому что они были созвучны ее мечтам.

– Святая кровь!

Вошедший Шарль так и замер на пороге. Девушка резко повернулась, но он не сразу понял, что перед ним Рэйвен. Он-то решил, что его шутники-офицеры раздо­были ему индийскую красотку на вечер, чтобы развлечь его. С них станется! Но тут он почувствовал напряжение в паху и вгляделся повнимательнее. Во-первых, эти воло­сы блестели сами по себе, а не от искусно втертого коко­сового масла, во-вторых, эти перламутровые гребни…

– Рэйвен…

Эта Шехерезада с европейскими чертами лица, эта черноволосая колдунья была его Рэйвен! На лице капита­на задергался нерв, выдававший его возбуждение. Рэй­вен, однако, решила, что капитан разгневан. Она была в отчаянии. Шарль тотчас же заметил влажный блеск в чудесных топазовых глазах.

– Рэйвен, ты ведь не плачешь?

Она покачала головой, проклиная себя за безумную идею поразить воображение Шарля. Его изумрудные гла­за, несомненно, выдавали желание. Да, он желал ее. Но почему-то это не принесло ей счастья. Оказывается, она хотела вовсе не этого! Она хотела его нежности, внима­ния, хотела, чтобы он говорил ей, что любит ее. То есть хотела большего, чем просто быть его любовницей!

Куда делась женщина, всего несколько минут назад убеждавшая себя, что будет счастлива стать его любовни­цей, лишь бы быть рядом с ним? Быть рядом с ним, пусть даже он оставит ее при себе лишь для удовлетворения своей похоти? Ложь! Все это ложь! Рэйвен вдруг поняла, что пыталась обмануть себя, что в глубине души она хоте­ла гораздо большего.

– Рэйвен, в чем дело?

Неожиданная нежность, прозвучавшая в его голосе, и сильная рука, коснувшаяся ее локтя, мгновенно возбудили в ней желание. Капитан нежно обнял Рэйвен, и ее чудес­ные глаза взглянули на него с такой непритворной любо­вью и страстью, что Шарль даже испугался за себя. Не мог же он наброситься на малышку, которая только при­ходит в себя после всего того безобразия, которое ей при­шлось пережить по его вине. Ведь он мог потерять ее! Стиснув зубы, Шарль отвернулся. Она казалась эфемер­ной в этом шелковом наряде, а он со своей медвежьей силой… Впервые капитан сожалел о неистовости своего желания.

Он не увидел, как боль затуманила глаза Рэйвен. Она была ранена в самое сердце. Только что он держал ее в своих объятиях, и она очень надеялась, что он вот-вот поцелует ее и таким образом разрушит барьер, который возвел между ними со времени их возвращения из Лахо­ра. Но… он отвернулся.

– Ну, дружище, надеюсь, ты не сел за ужин без нас? Дверь в каюту распахнулась, и на пороге появился Дмитрий. Увидев Рэйвен в шароварах, ярком камизе, с черной длинной косой, он ахнул.

– Матерь Божья! – выдохнул Дмитрий и замер на пороге, отчего шедшие вслед за ним Джеффри Литтон и Джейсон Квинтрелл уткнулись в его широкую спину.

– Кхм! Дмитрий! Какого дьявола? – рявкнул Джеф­фри Литтон.