– Последнее, что мы знали о мисс Рэйвен, это то, что она с миссис Дэниэлс выехала в Пенджаб, чтобы получить у своего кузена определенную сумму денег. Но не прошло и двух недель, как вы все заявились на ко­рабль, причем Дмитрий рассказывает истории, от которых волосы встают дыбом. Тут и убийство, и поджог гарни­зонных складов, и мятеж, а сейчас вы ведете клипер на такой скорости, что и чертям за нами не угнаться. Вот мы все и сгораем от любопытства, капитан, уж простите нас грешных. Мы, конечно, знали, что назревает война с сик­хами, но когда я сам был на берегу, наблюдая за погруз­кой товаров, то не услышал ничего подозрительного.

– Это потому, что сикхам вряд ли удастся перегруп­пироваться раньше конца декабря. А может, это продлит­ся и дольше. Когда мы покидали Лахор, британцы уже вовсю проводили мобилизацию. Скорее всего следующая решающая схватка состоится под Чиллианваллахом.

– Но какое все это имеет отношение к мисс Бэрренкорт? – удивился взъерошенный Джейсон Квинтрелл; он уже слегка покачивался и неуверенно выговаривал сло­ва – сказывались несколько бутылок мадеры, которые он проглотил сегодня, взволнованный близостью своего идеала красоты и женственности.

Шарль с трудом удержался от смеха, глядя на Джейсона. Дьявол, этот парень нравился ему, несмотря на то что сегодня вечером они с Дмитрием чуть не довели его до бешенства своим флиртом с Рэйвен. Будь на то воля Шарля, он бы запер обоих паршивцев в карцере без воды, чтобы проучить и навсегда отбить охоту засматриваться на Рэйвен.

– Вам следует вспомнить, что незадолго до нашего отъезда в Лахор был убит британский офицер в Мультане, что и положило начало конфронтации британских войск и мятежных сикхов. А теперь представьте себе армию сикхов – необученную, недисциплинированную, хотя и с завидным врожденным мужеством, и… едва вооруженную для ведения войны с грозным противником. Как вы пони­маете, среди британских подданных нашлись такие, кото­рые мгновенно поняли, что на этом можно хорошо заработать.

– Неслыханно! – воскликнул Джейсон. – Кто же из британцев оказался способен на такое предательство?

– Как выяснилось, им оказался человек, низвергну­тый в пучину отчаяния и бедности, лишившийся послед­них крупиц самоуважения из-за приверженности к наркотикам. Вот он и решил погреть руки на военном конфликте.

– Боже мой! Это Филипп! – прошептала Рэйвен так тихо, что Шарль едва расслышал ее.

– Правильно, моя дорогая, – усмехнулся он, но тут же нахмурился, заметив, как она побледнела.

– Так вот о чем толковал Ахмед в тот вечер! Тогда мне все это показалось бессмысленным бредом, но теперь я понимаю… Филипп взял у них деньги на оружие, кото­рое и не собирался им поставлять, а сам купил на них свой идиотский опиум, так?

– Да, только Филипп собирался рассчитаться с сик­хами по совести. Но его перехитрил его поставщик, майор Томас Вайандотт, использовавший вашего кузена как под­ставную пешку. Он прикарманил и деньги, и оружие.

– А это означает, малышка, – добавил Дмитрий, – что, обнаружив обман, сикхи тотчас явились в ханапурский гарнизон, чтобы отомстить и убить вашего кузена. Нам той ночью практически ничто не угрожало, потому что они явились по душу Филиппа.

– Но они могли убить и нас, – содрогнулась Рэйвен.

– Возможно, – пожал плечами Шарль. – Поэто­му мы так и торопились унести оттуда ноги. Я же не знал, какие последствия вызовет эта акция. Бои могли начаться тотчас же. Вообще-то вся эта история значительно уско­рит начало боев.

– Но как вы узнали все это? – спросила Рэйвен, заглядывая Шарлю в глаза.