– Вы не имеете права держать меня здесь против моей воли! – заявила Рэйвен, вздернув подбородок и сверкнув глазами. – Я британская подданная и свобод­ная женщина!

Тайлер Джекобс бросил на Ролло брезгливый взгляд:

– Полторы тысячи долларов за этот ядовитый кусок мяса, называемый женщиной! Полагаю, вам придется сба­вить цену до тысячи.

– Во всей Луизиане вам не найти более смазливой штучки, – тут же ощетинился Ролло.

– Может быть. Но она наверняка потеряет часть своей привлекательности, после того как мне придется выбить из нее кнутом ее дурацкое упрямство.

– Вы не посмеете! – крикнула побледневшая Рэйвен. Губы надзирателя растянулись в ухмылке.

– Очень жаль, но мне придется это сделать, и я непременно выбью все эти бунтарские мысли из твоей красивой головки. Выбью до того, как мистер Спрайт вернется домой. Он терпеть не может строптивых рабов, наш мистер Спрайт. – Тайлер подошел вплотную к де­вушке и заглянул ей в лицо; от него разило потом и пере­гаром. – И готов поспорить на что угодно, что ты не захочешь причинить вред маленькому ублюдку, которого носишь в животе, а? Я уже видел таких упрямиц. Хоро­шая порка и…

В следующее мгновение Рэйвен вцепилась ногтями в его щеку, расцарапав ее до крови. Взревев от боли, над­зиратель с силой ударил ее, так что она перелетела через табуретку и растянулась на земле. Пытаясь справиться со слезами и головокружением, Рэйвен полыхнула на него полным ненависти взглядом.

– Он не ублюдок!

– Ах ты сучка!

Шагнув к девушке, Тайлер схватил ее за руку и, резко рванув на себя, поставил на ноги. Затем снова за­махнулся, но ему помешал Ролло Уэлшем, опасавшийся, что запрашиваемая за Рэйвен цена резко снизится, если Джошуа Спрайт увидит ее покрытой синяками. После того как деньги будут уплачены, пусть делают с ней что пожелают. Но пока она оставалась собственностью Рол­ло, никто не должен был причинить ей вред.

– Не тронь ее, Тайлер, – попросил он. – Ты же повредишь ее ребенку, которого Спрайт, может быть, за­хочет оставить себе.

– Хорошо, я подожду, – задыхаясь от гнева, кив­нул надзиратель. – Я подожду, пока мистер Спрайт не купит эту сучку, и тогда, моя утонченная курочка, ты пожалеешь о том, что родилась на свет!

– Может быть, мистер Спрайт откажется купить меня, – возразила Рэйвен, но голос её предательски дро­жал. – Возможно, он поймет, что покупать похищенную англичанку – чистое безумие!

Тайлер вытащил из кармана грязный носовой платок и утер выступившие на щеке капли крови. Смерив Рэйвен холодным мстительным взглядом, он медленно покачал головой.

– Только не забивай свою головку сказочками о до­бром Джошуа Спрайте, который приедет и освободит тебя, девочка. Стоит ему разок взглянуть на тебя, как у него слюнки потекут, ему сразу же захочется затащить тебя в свою постель.

Наглые глаза надзирателя, словно раздев ее, устави­лись на аккуратную округлость живота.

– Беременна ты или нет, не имеет никакого значе­ния. Наш старина Спрайт балдеет от темноволосых кре­ольских сучек. Только их мужчины так стерегут их от американцев, словно они принцессы-девственницы. – И он жутковато захихикал, одобрительно разглядывая её блестящие длинные волосы и тонкие черты лица.

Тайлер протянул руку и схватил Рэйвен за платье. Она вскрикнула, ожидая, что он снова ударит ее. Вместо этого он оттянул вырез ее платья, обнажив нежную рас­полневшую грудь.