Улыбнувшись, Хейл показал ему большой палец и ушел в грузовой отсек.

Помимо бронированной машины каждый СВВП нес на борту двенадцать человек. Таким образом, общая численность группы составляла семьдесят два солдата, включая самого Хейла. Для второго лейтенанта командовать таким большим подразделением было чем-то необычным, особенно если учесть, что больше половины группы составляли «часовые», каждый из которых считался равным трем простым десантникам, вследствие их молниеносной реакции и способности быстро поправляться от ран.

Но, учитывая боевой опыт Хейла и то, что он уже был знаком с делом Генри Уокера, Блейк назначил командиром именно его, предоставив сержанту Кавецки командовать взводом. Поэтому Хейл, занимая свое место, чувствовал на себе пристальное внимание солдат.

— Помните, — сказал он, обводя взглядом своих людей, — я ненавижу бумажную волокиту… Так что позаботьтесь о том, чтобы вас не убили.

Его слова несколько разрядили обстановку и вызвали смешки, а тем временем бортовые стрелки «Очаровашки» начали расчищать место высадки от вонючек. Затем, когда поступательное движение полностью прекратилось, бортмеханик потянул за рычаг. Хейл почувствовал, как самолет внезапно дернулся вверх, освобождаясь от танка, болтавшегося под брюхом.

Сбросив тяжкий груз, Первис посадил «Очаровашку» в пятидесяти футах от М-12, приказал бортмеханику опустить трап и заглушил двигатели. Горючего и так ушло очень много, и пилот хотел сберечь все, что можно. Винты еще вращались по инерции, когда Хейл повел своих людей на площадку, окружавшую карьер.

Два солдата побежали к танку, а остальные последовали за Хейлом к месту, откуда вражеский автоматический миномет выпускал в котлован одну мину за другой. В воздух взлетали столбы земли и грязного снега, а беззащитные пленники метались из стороны в сторону, ища, где укрыться.

— Заткните миномет! — приказал Хейл. — Потом разверните. Если вонючки пойдут в контратаку — отведают собственных мин.

Потребовалось целых пять минут, чтобы перебить гибридов, защищавших огневую точку, и завладеть минометом. Сразу Хейл оставил трех человек, чтобы развернуть миномет в противоположную сторону, а сам осмотрелся вокруг. Причин для беспокойства оказалось предостаточно, о чем и предупреждал Блейк.

— Ты привык командовать маленькими группами, — предостерегал Хейла опытный офицер. — Эта операция другого сорта. В ней гораздо больше переменных величин — не последнее место среди которых занимает мистер Дентвейлер. Главное — не отвлекайся на тактические мелочи, держи перед глазами общую картину.

И Хейл уже начинал чувствовать справедливость слов Блейка. Вся ударная группа была на земле, тут и там вспыхивали быстротечные схватки — отделения выполняли свои конкретные задачи. Хейл понимал, что нельзя вникать в подробности всех стычек, надо сосредоточить внимание на главном. К нему с ревом подкатили два бронеавтомобиля.

Первый «Линкс» предназначался Хейлу, второй выделили для Дентвейлера и Берла. Оба они были в форме десантников, но только без знаков различия и с пистолетами.

Хейл решительно возражал против того, чтобы брать с собой штатских, но безуспешно. Командир его не поддержал.

— Ты хотел танки? — риторически спросил Блейк. — Что ж, ты их получил… Вместе с тем, кто выдал тебе карт-бланш. Наслаждайся.

— Поехали! — крикнул Дентвейлер, стоявший в открытой кабине «Рыси» во весь рост. — Спускаемся в котлован и ищем Уокера!

Берл, сидевший рядом с пулеметчиком, заметно волновался. «Какие мысли у него сейчас в голове?» — подумалось Хейлу. Человек вернулся в ад всего через несколько дней после того, как ему удалось оттуда выбраться.