— Надо убедиться в этом наверняка! — нетерпеливо воскликнул Дентвейлер. — Этот человек изменник! — Он повернулся к Хейлу. — Я хочу, чтобы вы отправились туда и забрали Уокера. Больше того, этого хочет президент.

— А что насчет остальных пленников? — спросил Берл.

— Их мы тоже освободим, — поспешно ответил Блейк, словно опасаясь, что Дентвейлер скажет что-то другое. — Но действовать нужно без промедлений… Чтобы не дать химерам время нанести ответный удар. Иначе придется уже спасать спасателей.

Хейл кивнул.

— Вас понял. Какие силы будут у меня в распоряжении?

Этот вопрос был обращен к майору Блейку, однако на этот раз Дентвейлер ответил на него.

— Вы получите все, что посчитаете нужным, — быстро сказал глава президентской администрации.

Майор Блейк нахмурился, но промолчал.

— И еще одно, — добавил Дентвейлер, глядя Хейлу в лицо. — Относительно вашей сестры… Отличная работа. Мы скрыли вашу фамилию от прессы — нам пришлось так поступить, поскольку официально вы числитесь погибшим, — но президент вам очень признателен. Он хотел бы лично поблагодарить вас, когда завершится эта операция. И, с разрешения майора Блейка, мы собираемся добавить к службе охраны президента подразделение «часовых», возглавить которое предстоит вам.

Еще несколько дней назад Хейл гордился бы таким предложением. Однако сейчас, увидев, что Сьюзен была готова пожертвовать всем, лишь бы убрать Грейса с поста, он уже не знал, как к нему относиться.

Но Хейл был военный — и ответил так, как только и мог ответить:

— Слушаюсь, сэр. Буду стараться.

Призрак только что взошедшего солнца витал на востоке, а с запада летело шесть СВВП. Не шибко скорые даже при самых благоприятных условиях, сейчас самолеты двигались особенно медленно, поскольку под каждым из них болталось по бронированной боевой машине. Глядя на ползущий внизу заснеженный ландшафт, офицер, руководящий операцией, не переставал терзаться сомнениями: правильное ли решение он принял.

Хейл находился в головном СВВП, присев на корточки между старым приятелем Первисом и вторым пилотом «Очаровашки». Все трое не отрывали взгляда от земли. По большей части это были равнинные сельскохозяйственные угодья, разоренные войной, однако изредка попадались фермы, сараи и силосные башни, которые казались нетронутыми под слоем пушистого снега.

Хейл был уверен, что ударный отряд «Зебра» уже обнаружили, и разумно было предположить, что вонючки готовят ответ. Тут-то и вставал вопрос: верно ли он поступил, пожертвовав скоростью ради дополнительного груза? Захватив с собой помимо солдат два танка М-12 и четыре многоцелевых бронеавтомобиля «Линкс», Хейл сделал ставку на то, что, как бы быстро ни отреагировали вонючки, его группа сумеет отразить массированный контрудар. Для чего «часовым» понадобится тяжелая техника.

Естественно, Блейк ждал от Хейла, что тот вернет назад все бронемашины. А значит, надо будет закреплять стропы, что опять же замедлит бегство из тыла врага. Техника стоила дорого, и Хейл прекрасно сознавал, какая на нем лежит ответственность.

Его размышления прервал Первис, заговоривший по внутренней связи:

— Мы в пяти минутах от цели. Будьте готовы сбросить технику и высадиться. Добро пожаловать в Висконсин, господа.

Хейл встал, и Первис повернулся к нему. Он отключил внутреннюю связь, так что его могли услышать только Хейл и второй пилот.

— Береги свою задницу, Хейл, — сказал Первис, — чтобы мы смогли вернуться и спасти ее в очередной раз.

Улыбнувшись, Хейл показал ему большой палец и ушел в грузовой отсек.