— Стреляйте в колодцы! Убивайте вонючек до того, как они спрыгнут!

Рядовой Расс Дейна находился прямо перед Таннером. Он был одним из двух обладателей огнемета «Л11-2 Драгон», из которого Дейна уже поджарил прыгуна. Струя пламени опалила ботинки Самсону, но тот не жаловался. Перекатившись на спину, Дейна направил огнемет вверх.

Со зловещим шипением огненный язык устремился вверх по вертикальному колодцу, нашел плоть и заживо испек падающего прыгуна. Обугленное тело застряло, на него приземлилась другая химера, которая тотчас же начала прогрызать себе дорогу.

Дейна и Хеннинг посылали вверх струи жидкого пламени одну за другой, перехватывая яростно визжащих тварей. Двум-трем «часовым» тоже удалось развернуться, и они ввели в действие свое оружие. «Россмор» Хейла оглушительно гремел, на голову сыпались обжигающие гильзы, но то было меньшее из зол.

Вдруг нападение завершилось так же внезапно, как и началось, и группа продолжила свой путь ползком. Те, кто был ближе к хвосту, перебирались через окровавленные останки прыгунов, и зловоние, свойственное всем химерам, смешивалось с удушливым смрадом горелой плоти и резким запахом порохового дыма.

Казалось, прошла целая вечность — а на самом деле десять минут, — и Хейл увидел, как впереди исчезли ботинки Таннера, а следом за ними и мешок. Настал черед самого Хейла. Он просунул голову в просторную камеру, и его сразу подхватили сильные руки.

Как и в начале тоннеля, здесь в трещину между кирпичами был воткнут факел, и в его резком голубовато-зеленом свечении «часовые» осмотрели свои незначительные раны и царапины. Кто-то приложился к «и-газу», другие проверяли оружие. Перезарядив ружье, Хейл закинул его на плечо, и тут из мрака материализовалось нечто большое.

— Не стрелять! — быстро крикнула Ведьма. — Ральф никого не тронет… Правда, мой мальчик?

Внезапно Хейл и прочие «часовые» стали свидетелями поразительного зрелища: бурый ревун размером со льва, подбежав к Ведьме, поднялся на задние лапы и лизнул ей лицо.

— Отвечу на твой немой вопрос, — сказал Ричардс, подойдя к Хейлу сзади. — Животное было ранено, Ведьма его нашла и выходила. Но будь осторожен… Ральф не раздумывая набросится на любого, если решит, что тот угрожает хозяйке. И на человека, и на химеру.

Ни о чем подобном Хейл не слышал, не говоря о том, чтобы видеть собственными глазами, но начинал понимать, что чикагские борцы за свободу, живущие бок о бок с химерами, вынуждены были приспосабливаться.

Пустив вперед устрашающего Ральфа, Ведьма повела группу по лабиринту тоннелей и проходов, залитых водой по щиколотку. Никого там не было, но кое-где попадались следы присутствия людей. То и дело Хейл замечал надписи на стенах, кострища, а в одном месте его взору предстала печальная картина — холмик из битого кирпича с установленным на нем белым крестом. Изредка встречались отметины боев — частые оспины пулевых выбоин на стенах, устилающие пол пустые гильзы, полуобглоданные трупы химер.

Преодолев добрых две мили, группа уткнулась в стальную решетку, у которой стояла усиленная охрана. Первоначально решетка была сооружена, чтобы очищать от крупного мусора воды подземной реки, разливающейся в определенное время года. Две лестницы, уходящие наверх, давали доступ рабочим, которые убирали мусор, попадающий в сточные воды с улиц.

С тех пор появились новшества — в решетке была проделана дверь, которую охраняли двое вооруженных до зубов мужчин. Кивнув Ведьме, они, не опуская оружия, опасливо посмотрели на «часовых». Девушка прошла первой, Ральф не отставал от хозяйки, а за ними последовали бойцы диверсионно-разведывательной группы.