Далее он рассказал о встрече с главой президентской администрации Дентвейлером, об обвинении в адрес бывшего министра обороны Генри Уокера и об уликах, указывающих на поездку в Чикаго.

— Я знаю, что вы не любите Грейса и его правительство, — закончил Ричардс, — но Уокер намеревается начать переговоры с вонючками. А это было бы плохо для всех — в том числе и для «Только свободы».

Джекоби медленно кивнул, все еще осмысливая сказанное Ричардсом.

— Это ты верно подметил, Бо, — наконец раздельно произнес он. — Но, боюсь, вы напрасно проделали столь долгий и опасный путь. Уокер прислал нам с «гонцом» письмо. Сообщил, что направляется в Чикаго, имея при себе нечто очень важное, но что именно, не уточнил. Несколько дней назад мы получили известие, что Дерганый, «гонец», согласившийся доставить Уокеров в Чикаго, был убит. Одни думают, что Уокеры тоже погибли, но другие считают, что им удалось спастись и они направляются на нашу базу в штате Монтана. Лично я понятия не имею, что с ними сталось. Если они попали в лапы химерам, то да поможет им Господь.

Хейл ждал, что Ричардс ответит, но, увидев, что тот молчит, кашлянул.

— Только не обижайтесь, мистер Джекоби, но почему мы должны вам верить? — Он старался сохранить тон нейтральным. — Учитывая вашу нелюбовь к правительству, вы запросто можете прикрывать Уокера.

Нахмурившись, Ричардс открыл было рот, но Джекоби поднял руку:

— Справедливый вопрос, сынок… Но достаточно будет сказать, что Бо прав. Если бы Уокер появился здесь и попытался начать переговоры с вонючками, я бы пристрелил его своей собственной рукой!

Внезапно на столе перед Джекоби зазвонил армейский полевой телефон. Сорвав трубку, Джекоби поднес ее к уху, молча послушал пять секунд, после чего швырнул на рычажки.

Он ударил ладонью по красной кнопке, и заблеял сигнал тревоги. Джекоби пришлось кричать, чтобы перекрыть шум.

— Состав с вонючками пробил баррикаду в миле к югу отсюда и направляется к нам! Времени бежать нет, так что мы остаемся и принимаем бой. Добро пожаловать в Чикаго, джентльмены, — и будем надеяться, что вы доживете до того момента, когда сможете покинуть город.

Для людей не военных повстанцы были достаточно хорошо организованы, однако на стороне химер было преимущество в скорости и элемент внезапности. Когда из тоннеля показался головной вагон, люди еще занимали оборонительные позиции. Вагон двигался слишком быстро — у гибрида-машиниста почти не было никакого опыта. Он резко нажал на тормоз, из-под колес брызнули искры, и состав остановился.

Покатым крышам вагонов, выкрашенных в желтый цвет с черными полосами, недоставало до сводов тоннеля нескольких дюймов. Вонючки решили воспользоваться не обычным пассажирским, а ремонтным составом, на котором прежде передвигались бригады путевых рабочих. Из вагонов выскочили десятки гибридов, и началась пальба. Плазменный заряд, выпущенный из «буллзая», разбил вдребезги стекло кабинета, и все, кто находился внутри, распластались на полу. Точнее, все, кроме Джекоби, который покатил кресло вперед, выхватывая пистолеты сорок пятого калибра.

Не обращая внимания на свистящие вокруг пули, он начал поочередно стрелять с обеих рук, посылая вдогонку крепкие ругательства.

Встав на колено возле разбитой рамы, Хейл выпустил из подствольного гранатомета две сорокамиллиметровые гранаты и с удовлетворением отметил, что обе, разбив окна второго вагона, взорвались внутри, а не снаружи.

К счастью для повстанцев, «часовые» приняли на себя основную тяжесть первой волны атаки. Многие вонючки оказались заперты в вагонах, другие же пали, сраженные прицельным огнем из самых разных видов оружия. Но игра шла не в одни ворота.