Георг проницательно взглянул на него:

— Вы полагаете, что она нуждается в молитвах?

— Ваше величество, я рискую повториться, но напомню вам то, о чем предупреждал еще восемнадцать месяцев назад: брак с леди Сарой невозможен. Если такое случится, особа Генри Фокса станет неприкосновенной. Вы сами должны это понимать. Боюсь, это как раз тот случай, когда вам придется выбирать между собственным счастьем и благом народа.

Наступило долгое молчание, и граф понял, что его подопечный тщательно обдумывает его слова.

— Неужели нет способа достичь и того и другого? Видите ли, я слишком сильно люблю ее. Для меня она значит больше чем сама жизнь — наконец произнес Георг.

— Короли рождаются не для счастья, а для долга, — величественно провозгласил граф. — Они рождаются для совершения союзов, для укрепления престола. Разумеется, дамам, которые слишком сильно привлекают их, ваше величество, не возбраняется стать… — Бьют деликатно кашлянул, — …королевскими фаворитками.

— Попросить Сару об этом я не посмею, — возмущенно ответил его величество. — Она слишком тонка, слишком благородна…

— Тогда, ваше величество, вы окажетесь в безвыходном положении.

Вновь последовало молчание, которое в конце концов нарушили печальные слова короля:

— Так что же мне делать?

Граф выдержал паузу, понимая, что наконец-то в беседе появился просвет — в его подопечном возобладало чувство долго, которое так живо и легко усиливалось, что вскоре должно было поглотить все прочие чувства.

— Ваше величество, — проникновенно произнес Бьют, — вы должны как можно скорее объявить принцессу Шарлотту своей невестой и прекратить свою связь с леди Сарой. Помните, что вы, выразили свое согласие принцессе еще в мае. У меня сохранилась копия вашего письма…

Георг испустил тяжелый вздох, чувствуя, как по всему его телу, начиная с ног, пробегает дрожь. В момент случайной жалости Бьют подумал, что еще никогда не видел юношу таким подавленным.

— Но разве я могу поступить так с любимой женщиной?

— Вы должны внушить ей, что, хотя вы и. любите се больше всех женщин в мире, ваш священный долг — прежде всего думать о своей стране.

Король неловко поднялся на ноги и побрел к двери, глядя в пол. Граф, полагая, что его величество с трудом удерживается от слез, не попытался остановить его.

— Сегодня разбилось мое сердце, — глухо произнес Георг. — Почему я не родился просто дворянином?

И он вышел из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. Бьют смотрел ему вслед, не зная, радоваться ли своей победе или опасаться того, что его подопечный может передумать. Подойдя к окну и глядя, как в саду сгущаются тени летнего вечера, Бьют думал о том, что, если король в самом деле решил расстаться с леди Сарой, вместе с ней он расстается со своей молодостью и весельем.

Граф покачал головой и вышел, чтобы сообщить о случившемся принцессе Уэльской.

Воскресная служба была божественной, думала Сара, улыбаясь собственной шутке. После приема в прошлый четверг, когда король ухитрился сунуть записку ей в перчатку — поступок, который остался для всех незамеченным., — — неведомо каким образом по всему Лондону расползлись сплетни о предстоящей помолвке его величества и леди Сары Леннокс. Вследствие этого в воскресенье королевская часовня у Сент-Джсймсского дворца была переполнена до отказа. На носах поблескивали пенсне, дамы подносили к глазам лорнеты, и тс глуховатые старики, которые обычно не носили с собой слуховые трубки, на этот раз не пренебрегли ими. Вокруг раздавались сдержанные восклицания.

Когда Сара вступила в часовню в сопровождении своих сестер леди Кэролайн и леди Эмили, присутствующие расступились, и она была вынуждена пройти по живому коридору, как будто уже была королевой.