— И прыжками со скалы? Это был бы поступок разумного мужчины, — криво усмехнулся он, садясь в седло ближнего коренника.

 В первый день они медленно преодолевали подъем, и, хотя прошли больше двадцати миль, казалось, совсем не приблизились к горам, неясно вырисовывающимся вдали.

 Когда они, наконец, остановились на ночной привал и Стив слез с седла, его тело нестерпимо ныло, плечо было фактически вывихнуто, а руки кровоточили от вожжей. Увидев, как легко спрыгнула на землю Кэсс, запыленная, обветренная, но не менее энергичная, чем утром, он поклялся не подавать виду, что совершенно измучен и разбит.

 Мучительная дневная жара быстро спадала, уступая место дьявольски холодной ночи в колорадском высокогорье. Но Стив был благодарен этой живительной прохладе. Его одежда пропиталась потом и липла к телу.

 — Господи, хорошо бы сейчас принять ванну, — сказал он, садясь на корточки перед костром.

 Кэсс пила горький кофе из помятой оловянной кружки и презрительно посмотрела на него.

 — Оставь свои мечты об удобствах, новичок.

 — Тогда от меня будет вонять, — улыбнулся он. — Но зато мы не будем раздражать Друг друга, когда ляжем вместе спать.

 Она вылила остатки кофе в костер и встала.

 — Расстилай свою постель где угодно, в пути мы спим отдельно, Лоринг.

 — Может, ты боишься, что я отомщу тебе за нашу Драку в спальне?

 Она сразу вспомнила его унизительные слова и свою еще более унизительную просьбу.

 — Я никогда тебя не боялась, Стив Лоринг. Как выяснилось, ты — никуда не годный жеребец. К тому же у меня начались месячные, и я не смогу воспользоваться твоими услугами, даже если мы останемся наедине.

 Он принялся что-то считать на пальцах, а потом произнес с ленивой усмешкой:

 — Тогда мы наверстаем упущенное завтра ночью, верно, миссис Лоринг? Конечно, вы не столь наивны, чтобы надеяться на беременность с первого раза? Может, для этого не хватит и дюжины раз…

 Она пожалела, что вылила горячий кофе в костер, молча повернулась и пошла прочь.

 «Подожди, мистер Лоринг, к завтрашней ночи это уже вылетит у тебя из головы», — утешила она себя.

 Едва восходящее солнце окрасило облака в фиолетово-розовый цвет, утренний воздух сразу наполнили звуки просыпающегося лагеря и проклятья — эти люди начали свою бесконечную борьбу с мулами. Стив встал, потягиваясь. Скалистая земля оказалась слишком жесткой, а тонкий спальник — слишком слабой защитой от холода ночи.

 Он быстро надел ботинки, свернул свои спальные принадлежности, жался, что не додумался взять запасное одеяло. Конечно, его могла бы согреть Кэсс, безо всякого воодушевления думал он, но после той опасной стычки не скоро он снова ляжет с ней в постель. Нужно показать ей, кто в их семье носит брюки. Он невольно улыбнулся. Теперь он больше никогда не потеряет бдительность с этой женщиной!

 Они снова двинулись в путь, и местность постепенно начала изменяться. Зеленые холмы остались позади, уступив место скалам, похожим на отбитые пальцы какого-то гиганта, вылезшего из-под земли в беспомощной тяге к свободе. Никакие рассказы, никакие учебники по геологии не могли подготовить человека к суровому величию Скалистых Гор. С ними не могли сравниться ни перевалы, через которые Стив шел во время войны, ни даже Альпы, которые он видел, будучи в Европе. «Уилл прав», — думал он, — здесь — будущее, земля, ожидающая человеческих рук». Он вспомнил Кэсс и улыбнулся.

 Тропа, ведущая к первому перевалу, была такой узкой, что они рисковали сорваться в ледяной поток. Тонкая хлопчатобумажная рубашка уже не могла защитить Стива от холода, и перчатки из оленьей кожи, которые вчера казались такими неудобными, что он предпочел натереть волдыри, но не надевать их, сейчас были очень кстати.